Пф! Аиша! Упоминание человеческой ипостаси задело драконицу. Как можно их перепутать? Они ведь такие разные! Открыв глаза, она с удовлетворением наблюдала, как вытягивается лицо дракона. Ее зрачки вытянулись в узкую щель. Она могла контролировать свои проявления, позволяя окружающим заметить драконьи глаза, а могла и хитро скрыть себя, как сделала это с Малисом.
– Ты прекрасна, – восхищенно прошептал Арктур, чем удивил драконицу. Меньше всего она ожидала услышать от дракона комплимент.
– Спасибо, – ответила она вслух, завладев голосовыми связками.
Казалось, после этого дракон вот-вот упадет в обморок, настолько сильным было его изумление. Он даже слегка побледнел.
– Ты можешь говорить? – не мог поверить дракон. Он все искал подвох, но щелевидные зрачки говорили сами за себя. – Но как? Сущности не способны воспроизводить слова.
– Может, твоя сущность и неспособна, а я и не такое могу, – самодовольно отозвалась драконица и, сложив рука на груди, отвернулась от своего самца.
«Дай я с ней пообщаюсь», – прозвучал в голове Арктура усталый вздох дракона.
«Ты знал! – осенило его. – Ты знал, что в Аише проснулась сущность! Почему мне не сказал?» – посуровел он.
«Она еще молодая, ей нужно время, чтобы повзрослеть, – пояснил дракон. – Зная тебя, могу с уверенностью сказать, что ты бы начал ее изучать и всячески вмешиваться в естественные процессы. Это нежелательно. Пусть подрастет, сама себя раскроет».
«Мы еще поговорим об этом», – пообещал Арктур своей второй ипостаси.
– Солнышко, как давно ты появилась? – Он начал осторожно прощупывать почву, чтобы не спугнуть молодую драконицу.
– Я тебе не солнышко! – оскалилась сущность. – Появилась я недавно, всего несколько дней назад, – соизволила объяснить она. – Это была вспышка… – Голос стал звучать тише, драконица погрузилась в свое первое воспоминание. – Все вокруг окутал яркий свет, а потом я проснулась в теле своего человека. Поначалу мне не хватало сил дать знать о себе, я могла только наблюдать за происходящим из глубины сознания. Но я знала многое, – нахмурилась она. – Знала о том, что я дракон, что я свободна и вольна жить так, как захочу. Я жду, когда у меня появятся крылья, чтобы облететь весь мир, – мечтательно вздохнула девушка.
– Боюсь, сделать этого ты не сможешь, – грустно улыбнулся Арктур. Голос драконицы и ее интонации завораживали его. В них чувствовалось столько силы, легкости и незамутненности предрассудками, что это обескураживало дракона. Он привык к другому. – Полеты требуют больших затрат энергии. О больших расстояниях и речи быть не может, ты просто истощишь себя.
– Фи! – презрительно фыркнула она, одарив его уничижительным взглядом драконьих глаз. – Мне энергии всегда хватает. Я не испытываю никакого дефицита.
– Разве ты не ощущаешь своей связи с родовыми артефактами? – попытался переубедить ее Арктур. – Ты должна примерно чувствовать свой запас и свои возможности.
– Я чувствую связь… – Девушка прикрыла глаза и медленно втянула воздух через нос, словно хотела прочувствовать его. – Связь с миром! И он прекрасен! – Несмотря на свою взбалмошность, драконица выглядела очень милой. Особенно в этот момент, когда казалась воздушной, чистой и открытой.
– Зачем ты стала приставать к человеку? – Арктур почувствовал себя идиотом. Как он мог подозревать Аишу невесть в чем? Хорошо хоть хватило ума не высказать свои обвинения. – Неужели не понимаешь, насколько это было опасно? Он мог сотворить с тобой… что угодно!
«Так, дай я с ней пообщаюсь», – жестко вмешался дракон, но Арктур не позволил тому отобрать контроль. Сущность была не в духе, могла и наговорить лишнего молодой девочке. Ни к чему ее нервировать, но объяснить недопустимость ее поведения необходимо.
– Я хотела заполучить его доверие, вызвать жалость, – передернула плечами драконица. – Когда мужчина видит беззащитную плачущую женщину, у него включаются инстинкты самца. Он не навредит такой женщине, захочет взять ее под свою защиту. И Малис многое бы мне рассказал, если бы не ты. – У нее хватило наглости предъявить претензию Арктуру.
– Если бы не я, он бы изнасиловал тебя в том лесу, на пеньке, – помрачнел дракон и сам не заметил, как сжал пальцы на талии драконицы еще крепче. – Ты этого не понимала? – В голосе зазвучала сталь. Поступок девчонки был не просто оскорбительным для него, он был очень опасен в первую очередь для нее самой. Сейчас, когда она объяснила свои действия, ревность и боль предательства постепенно угасли, но вот негодование при воспоминании о ее глупости только набирало силу.
– Я умею контролировать мужчин, – самодовольно заявила драконица. Арктур сжал ее еще сильнее. – Больно!
– А меня ты тоже можешь контролировать? – прищурился Арктур. Интересно, как она выкрутится теперь? Странно, но, несмотря на кипящий в груди гнев, дракон даже не повысил голос на объект раздражения. Ему хотелось объяснить этой недалекой девчонке весь ужас ситуации, увидеть в ее глазах понимание.
