— Это преступление, Карлайл, и ты это знаешь! — возмутился муж. — Как на отце семейства, на тебе лежит большая ответственность, чем на девчонке. Объясни-ка мне, как она оказалась в черте города?
— Бри возвращалась со школы, девочка просто не выдержала, — совершенно невинным тоном ответил Карлайл.
— Со школы? — теперь уже не выдержала я. — Карлайл, она чуть старше новообращенной, она что, ходит в школу вместе с остальными?
— Да, Бри ходит в школу, как и все, ничего особенного, ты и сама ходила, разве не помнишь? — спросил он.
Нет, они либо притворяются, что все нормально, либо сошли тут все с ума!
— Я пошла в школу на девятый год после обращения, и я не употребляла человеческой крови никогда, у меня был идеальный самоконтроль, — довольно громко ответила я.
Слова Карлайла, причем сказанные таким тоном, будто всё само собой разумеется, взбесили меня. Он отправил трехлетнюю вампиршу, которая год питалась людьми, в школу. А теперь рассуждал об этом совершенно спокойно. Я пришла в ужас. Кай и Аро были правы: Карлайл — жуткий лицемер. Но беда в том, что он даже не понимает, в упор не видит того, что его образ жизни неправилен…
— Ей ведь три года, она не может контролировать себя! — почти прокричала я.
— Она хорошо себя контролировала, — Карлайл позволил себе не согласиться. — Бри стала ходить в школу сразу после каникул и продержалась около трех недель, потом, видимо, что-то случилось…
— Почему она возвращалась одна? Где были Эдвард и Эмметт в этот момент, почему они ее не остановили? — Строго спросила я.
— У ребят были дела, и они задержались в школе. Это можно понять. Розали, вспомни Джаспера, он тоже долгое время питался кровью людей, но потом научился сдерживаться, — ответил глава семейства.
— Так научился, что чуть не убил Беллу на вечеринке? — с сарказмом произнесла я.
Кай, Деметрий, Алек и Джейн следили за нашим разговором с нескрываемым интересом. Схлестнулись дела, как говорится, не только государственные, но и внутрисемейные. Это не могло закончиться хорошо.
Я попыталась успокоиться: в конце концов, я не обязана была отчитываться перед Калленами или объяснять им, что вампиры опасны для людей. Каллены всё знали и без меня, но меня просто поразила халатность, с которой мой бывший отец подошел к вопросу. И, ведь действительно, каждому новому своему ребенку он давал все меньше времени приспособиться и практически бросал в толпу людей. Это казалось странным.
— Карлайл, — начала я, — почему Эдвард стал ходить в школу после двадцати лет новой жизни, мы с Эмметтом после девяти и семи соответственно, а Элис с Джаспером — практически сразу? Ну, их опустим, они до того как вступить в семью немало тренировались, здесь понятно, — рассуждала я. — Но почему ты не дал Бри времени? С того дня, как мы повстречали ее на поле прошло всего два года… И вплоть до этого она пила кровь людей. Ты ведь не мог не понимать, что двух лет слишком мало. Как ты можешь объяснить это?
— Я считал, что чем раньше, тем лучше. Такого не случалось в нашей семье прежде… — честно ответил тот.
— Для кого лучше? Для тех четверых, которых она убила? — насмешливо протянул Кай. — Ты же вроде любишь людей…
Карлайл поморщился. Да, не каждый день его ловят на том, что слова расходятся с действиями.
— В самом деле, Карлайл, я не понимаю, куда ты так торопился? — недоумевала я.
— Бри было лучше привыкнуть к новой жизни сразу, иначе она бы одичала! — взволнованно проговорил Карлайл.
— Ой, брось! Я же не одичала!
— Да, но ты… — повел рукой мужчина.
Карлайл не стал договаривать, но я поняла, что они ставили мне в вину тот факт, что я ушла к Вольтури. Кем бы я ни была раньше, теперь я стала их врагом, и мне не оставляли шанса. О чем я вообще думала, когда собиралась их защищать? Чем я думала? Теперь мне стало очевидно: оно того не стоит. Конечно, если Кай решит казнить девчонку, мне будет ее жаль, ведь вся вина за произошедшее лежит на Карлайле и на Эсми, как на главе клана и его жене.
Может быть, мне было даже немного обидно. Я, конечно, не ожидала, что меня примут с распростертыми объятиями, но что на меня будут смотреть как на предателя и врага, я тоже не думала.
Я все не могла понять, неужели они все действительно не замечают очевидного, неужели это так сложно? Почему они старательно делают вид, что правы, а Аро — нет, почему они считают предательницей меня, а себя — таковыми не расценивают? Хорошо, меня они, может, и не предали, но Беллу? Ведь они бросили сестренку и даже не интересовались ее судьбой! Они тоже были предателями.
— Я так понимаю, Карлайл, вы не считаете, что здесь есть ваша вина? — напрямую спросила я. Мне надоело ходить вокруг да около.
Глава Калленов немного помолчал, а потом ответил:
— Конечно, Бри виновата; нам всем ужасно от этого факта, но ничего не изменить. Никто не узнал ее. А мы переехали. Я думаю, это главное, ведь беды не произошло, и тайна не была раскрыта, — объяснился он и в своих суждениях, упирался в то, что Бри не опознали.
— Разве нет? — спросила я. — А как же свидетели?
