Впрочем, Борисков видел и счастливые "случайные браки". Работала в лаборатории такая Марина (фамилию ее Борисков забыл). Когда ей исполнилось тридцать и она все никак не выходила замуж, а уже пора было рожать ребенка, ее познакомили с одним неженатым молодым человеком, военным в чине капитана, который учился в адъюнктуре академии тыла и транспорта. Звали его Сергей. Офицер этот был вполне симпатичный, скромный, и родители у него были очень приятные и доброжелательные. Познакомили их на какой-то встрече родственников, они какое-то время встречались, ходили в театр, затем, когда пришло время, переспали и почти сразу после этого подали заявление в ЗАГС. Вопрос жилплощади – однокомнатная квартира – обе семьи решили совместными усилиями. За глаза она Марина всегда называла "муж", и редко когда по имени – только среди родственников. Потом она забеременела и в положенный срок родила ребенка. Сергей оказался заботливым отцом. Помогал купать, гулял с коляской. Какой-то пылкой любви между ними поначалу не было, но отношения сложились очень хорошие – как у близких родственников. Она считала это нормальным, поскольку общеизвестно, что страсти довольно быстро выгорают, говорят, в среднем за четыре года, что обусловлено какими-то физиологическими причинами – сроками выращивания ребенка, пока он маленький, и т.п. Потом может наступить тупик, а чтобы жить дальше, кроме секса, нужны уже какие-то другие связывающие интересы. А тут они изначально избежали этого периода влюбленности и с самого начала жили спокойно. Увы, найти половинку не довелось, а насколько ее реально найти вообще – это скорее большая редкость и удача, что-то вроде лотереи, но жить-то надо всем. Конечно, эти мгновения и короткие годы любви дорогого стоят, но вся длинная счастливая жизнь в семье стоит всяко уж дороже. Любовь может возникнуть и позже, и через какое-то время Марина стала отмечать в себе эти признаки: после рождения ребенка интимная близость стала ощущаться ею значительно более ярко, чем сразу после замужества, когда она почти не получала сексуальной разрядки. Теперь же Марина без какого-либо притворства кричала и стонала во время секса и начала беспокоиться, когда Сергей задерживался на службе. Весь день была занята ребенком и ждала мужа. Она была счастлива. Она успела. Ее личная жизнь состоялась. Это был несомненный факт. Но теперь сам вид сумасшедшей любви, которую ей ежедневно показывали в телесериалах, ее раздражал – она видела в том придумку и фальшь. А поначалу ей странно было ощущать рядом с собой чужого голого мужчину, его холодные волосатые ноги, целовать его, спать с ним, но как-то быстро привыкла. Подруга сказала: "Самое опасное сейчас – это встретить настоящую любовь. И, прежде всего для женщины, – это вовсе не нужно. Женщина существует для семьи – мужа и детей". Подруга была толстая и некрасивая, и ее неопасно было приглашать в дом.
