Несколько дней Угрюмый лазил по передку и выходил в серую зону. Разговаривал с бойцами, командирами, гражданскими. Ничего путного. Даже направление, с которого делал выстрел норвежец, не могли точно показать. Истории о снайпере-призраке ходили невероятные: рассказывали, что однажды ночью, в полной темноте он убил ополченца попаданием в голову. А стрелял – то – с семисот метров! Как они определили расстояние? Неизвестно. Еще рассказывали, что Норвег, будто бы стрелял из посадки через поле и попал в сердце бойцу минометного расчета. А там расстояние – больше километра! Кто видел? Все! Откуда именно стрелял? Из посадок! Место показать можете? Уже нет! В общем, настроение у всех было подавленное. Угрюмый слушал, вздыхал, немного сердился на отсутствие конкретных объяснений, но продолжал упорно искать хоть какую-то зацепку.
Как-то придя в свою каморку в расположении разведчиков, снайпер стал раздеваться, а из нагрудного кармана выпал маленький, сложенный квадратиком листок бумаги. Снайпер развернул его. Увидел номер телефона, написанный карандашом и приписку: «моя сестра Тома». Угрюмый застыл в задумчивости. Сознание вспыхнуло, осветив прошлые события, вернуло к развалинам в «серой зоне».
Теперь все увиделось как в кино. До этого момента Угрюмый не помнил, своё попадание в плен и освобождение. Память заканчивалась на том моменте, когда снайпер подползал к украинскому блокпосту. Дальнейшие события – тёмный провал. Ребята рассказывали, что якобы Угрюмый был в плену или подорвался на мине в «автономке». Всё остальное неизвестно. Потом, в штаб пришла женщина и сказала, что средний сын лазил по «серой зоне» и наткнулся на раненного. По ее ориентирам, Хмурый отправил поисковую группу. Угрюмого нашли в бессознательном состоянии. Снайпер стонал и в бреду бормотал о том, что жизнь нужно заслужить, а когда очнулся, то сказал, что был в плену, но подробностей не помнит.
Сейчас память, яркой молнией пробила толщину темноты и сверкнула в сознании Угрюмого чёткой картинкой, в мельчайших подробностях восстановив бывшее. Все события, слова, мысли, чувства вернулись. Даже тот невероятный выход из тела и разговор с кем-то невидимым, вспомнился, словно был вчера.
Угрюмый сел на табурет держа записку в задрожавшей руке. Вытер вспотевший лоб и надолго задумался. Жизнь преподнесла еще один сюрприз. Угрюмый нахмурился, принял решение, встал, достал из тумбочки телефон, включил. Подождал, когда загрузится, набрал написанный на листке номер. Сестра Рико почти сразу ответила:
– Алло!
– Здравствуйте! Это Николай, который…
– Я поняла!
– Можем встретиться?
– Через, минут пятнадцать. Я буду гулять с малышом около «Львовской кофейни».
– Добро, – Угрюмый убрал телефон и вышел из расположения, направляясь к центру Донецка.
Встретились на полдороге. Тамара оставила коляску и радостно обняла Угрюмого.
– Ты чего? – он почувствовал себя неловко.
– Да ты, Микола, мне родней родного! –вытерла слезы женщина. – Я в честь тебя младшего назвала! Ты же нас всех спас!
– Это не я спас, а святой Николай! – Угрюмый разводил руками. – И брат твой помог!
– Да, – тут Тамара нахмурилась, – жаль, что он укроп!
– Как твои муж и старший сын? Где Василь? – снайпер перевел разговор.
– Муж дома – отпустили отдохнуть. Старший в Горловке служит. А Василь у Гали.
– Это кто? – снова спросил Угрюмый. Тамара поднесла платок к глазам:
– Галя? Так это жена его… этого укропа! – Угрюмый молча удивился. Затем аккуратно взял Тамару за локоть и тихо сказал:
– Скажи Рико, что я буду ждать его послезавтра там, где завалил Кабана. Поняла?
Тамара кивнула.
– Повтори! – сказал Угрюмый.
– Там, где завалили Кабана, – эхом откликнулась женщина, – послезавтра. А время? – она быстро взглянула на снайпера.
– Не важно! – на том и расстались.
Теперь Угрюмый, как затаившийся зверь настороженно лежал, каждой клеточкой своего тела ощущая окружающую его среду. Прислушиваясь, принюхиваясь, рассчитывая и размышляя. Снайпер ждал снайпера. Он не знал, что случится потом, какой будет встреча и чем она закончится. Все было непредсказуемо. Только в том, что Рико придет, Угрюмый не сомневался.
Тихий, шуршащий звук донесся сзади. Снайпер замер, вжавшись в землю и превратился в слух. Даже дышать стал тише, удлиняя беззвучный выдох. Нужно унять возбужденное адреналином сердце, забившееся часто и громко.
Прошло несколько минут. Звук приблизился. Отчетливо слышны движения ползущего человека. Опыт и чутье подсказывали – расстояние сократилось метров до трех. Угрюмый слился со средой. Обнаружить его можно было только наткнувшись, или тепловизором. По запаху? Но люди их слабо различают. Снайпер лежал на животе, левым ухом к земле. Ползущий двигался в метре от Угрюмого. Что-то знакомое в облике. Да – это Рико! Он внезапно остановился рядом и медленно повернул голову.
Поискал глазами и нашёл Угрюмого. Теперь оба лежали, упершись глаза в глаза. В зрачках Рико читалось удивление – не ожидал!
