– Ну, ну…успокойся, мой хороший, кто это тебя так напугал?
Услышав мой голос, конь перестал топтаться на месте и пошевелил ушами. И это уже было намного лучше, значит его страх не так силен и он готов успокоиться.
– Какой ты красавец, как же ты дрожишь, ну все успокойся, здесь тебя никто не обидит. Я сделала шаг в сторону жеребца и протянула руку. Животное не двигалось, но продолжало мелко дрожать. Коснулась рукой взмыленного лба и нежно погладила.
–Хороший мальчик, хороший, я тебя не обижу. Иди ко мне.
Осторожно потянула за поводья. Неожиданно конь ткнулся мордой мне в плечо, отвечая на ласку.
– Ну, вот и хорошо. А теперь помоги мне снять твоего хозяина.
С самого начала я боялась посмотреть на человека, висящего на крупе животного. Даже теперь, когда месяц спряталась за облака, я видела, что бока жеребца залиты кровью.
– Наклонись, миленький, мне так не достать.
Конь послушно согнул тонкие красивые ноги. Я зажмурилась от страха, боясь прикоснуться к возможно окоченевшему мертвецу, но все-таки осмелилась и с радостью почувствовала, что это не труп, всадник был еще теплый, я силой потянула его на себя и они вместе упали в траву. С трудом выбралась из-под бесчувственного мужчины и перевернула его на спину. Я тут же прижалась ухом к его груди. Сердце билось тихо-тихо, но билось. С облегчением подняла голову и убрала волосы со лба раненного. …Сердце глухо забилось, пропустило несколько ударов, вся кровь на мгновения застыла, а потом понеслась по венам как бешеная….Я вскрикнула так громко, что ночные птицы в испуге упорхнули и смолкли сверчки. Мне показалось, что в мою грудь кто-то вонзил кинжал. Очень глубоко, прямо в сердце и несколько раз прокрутил там. От боли потемнело в глазах.
– О господи! Нет… не может быть! – прохрипела, прижав дрожащие руки к груди. Я узнала его…узнала и ощутила как весь мир вращается вокруг меня, как он дорожит и раскаляется как будто вот-вот взорвется.
– Гриша! – закричала и снова приложила голову к его груди, слушая сердцебиение.
Лицо лейтенанта было мертвенно-бледным, на скулах виднелись порезы, он еле слышно стонал. Судя по всему, он был тяжело ранен и потерял очень много крови.
– Я сейчас, я быстро, я сейчас. Господи, только потерпи, пожалуйста…Гриша, потерпи, не умирай я быстро.
Я не решалась оставить его одного, но и сидеть, здесь заливаясь слезами, было бессмысленно. Решительно бросилась к его коню
– Миленький позволь мне, я не доберусь быстро без твоей помощи, а надо быстрее. Ну, иди ко мне, мой хороший.
Жеребец посмотрел на меня умными карими глазами и подошел
– Только держись, только держись….прошептала я, бросив взгляд на раненного.
Пришпорила скакуна что есть силы, и он вихрем понесся к усадьбе, на скаку перескочил через ограду.
– Савелий, ко мне!
Крикнула что есть силы и на мой зов сбежались слуги вместе с Савелием.
–Быстро носилки или повозку, лучше повозку и живо за мной. Ну что стали, сейчас же выполнять, не то прикажу высечь, черт вас дери, олухи ленивые. Никаких вопросов. Поехали, поехали.
Ошалевшие мужики ни разу не слышавшие от хозяйки и десятой доли ругательств, вскочили на повозку, быстро запряженную ловким Савелием, который был в полном недоумении. Все молчали, такой меня здесь не знали. Им наверное показалось, что я сошла с ума, девушка и сама не замечала, как нервно теребила свои локоны, которые выбились из прически. Меня трясло от панического страха, от дикого ужаса, что мы не успеем и ОН умрет.
Уже через несколько минут, которые показались мне, обезумевшей от волнения, целой вечностью, крепкие крестьянские руки положили раненого на повозку. Я не оставила Григория села рядом и положила его голову к себе на колени. Меня не заботили ни приличия, ни то с каким любопытством смотрят слуги. Я нервно перебирала черные волосы и тихо шептала.
– Дыши…родной, умоляю, дыши. Только дыши. Я ведь… я не смогу если ты. Не смогу. Дыши.
Савелий посмотрел на мундир лейтенанта и покачал седой головой.
– Куда прикажете нести?
– Наверх, ко мне. Зовите Лизу, пошлите за Мартой. Немедленно. Ты Савелий, грей чан с водой, неси ножницы и осторожно с ним, осторожно.
Шестеро крестьян с трудом внесли худощавое, но тяжелое тело наверх и положили на мою постель.
– Все, спасибо, а теперь уходите, все. Уходите вам говорят.
Появилась Лиза и я бросилась к ней, схватила за локоть втаскивая в комнату.
– Поди ко мне, Лизавета, помоги его раздеть.
– Но, это же мужчина.
– Ну и что с того! Черт возьми, это не дьявол! И хватит стоять как столб! Если он умрет, я шкуру с тебя спущу живьем.
Хотя я никогда не обращалась со слугами плохо, но в этот момент я думала, что даже скальп могу с нее снять если не начнет шевелиться. И Лиза не засомневалась ни на минуту в моей угрозе.
Девушка закатала рукава вышитой блузы и начала стягивать сапоги с ног мужчины. Савелий тем временем нагрел воды и принес сумку с инстументами, травами и настоями. Он так же позаботился о бинтах, нарезав простыню тонкими полосками. Пройдя несколько войн и постоянно помогая Марте, он имел опыт оказания помощи раненным.
