— Понятно, что это они не пропустят. А вот темпоральный коридор диаметром в точку? — спрашивает Ривер даже без ехидства. И добавляет в повисшую задумчивую паузу: — Ничего, верблюды, пропихнётесь и в игольное ушко. А я, ориентируясь на вас, буду сдвигать точку следом, чтобы был шанс на отступление, если всё пойдёт наперекосяк. Тем более что вы вместе такие помехи производите, что никакой сканер этот микрокоридор не засечёт.
— Если всё пойдёт наперекосяк, отступление уже не потребуется, — тяжело вздыхает Доктор. — Как мне не хочется вас туда тащить, друзья…
— Без вариантов, — слабо улыбается Романа.
— Ты же видишь, — добавляет Таша, — тут все необходимые эпохи собраны. Хроновойна — странное событие, вообще никак не соотносящееся с линейным временем. Любое существо во вселенной с ней соприкасается, но по-разному. И когда оно впервые с ней столкнулось, к той эпохе оно и относится. Для меня Война — реальность, здесь и сейчас. У Донны — время сразу после Войны и столкновение с её прямыми последствиями. Для метрессы Война — во временах не столь отдалённых, некоторые цивилизации ещё помнят её довольно близко, например, Леса Чим. А вот Вастра линейно из глубокого прошлого, но для неё события Войны — это уже сказка, из разряда «однажды, много лет назад», и знает она о ней лишь от тебя, ведь для тебя Война так же осталась в «однажды, много лет назад». А Романа — довоенная, из того времени, когда никто даже не подозревал о грядущем конфликте. А Венди? Эта вообще ниткой прошила все необходимые эпохи и собрала нас вместе. Так что каждая из нас находится под влиянием своей версии Сети Времени, и это очень важно, потому что делает из нас якорь необходимой мощности.
— Что-то нитка очень белая, — мрачно вставляю я.
— Да пусть реальность хоть тридцать раз сшита белой ниткой, главное, что она держится, — справедливо отрезает папесса. — Ты вообще сама-то как, просохла?
Киваю. А куда я денусь из подводной лодки на дне Ржавого моря…
— Идите, — говорю, — связывайтесь с альянсом и выдвигайте условие. Я подожду здесь и подумаю, как обойти сканеры Церкви. А то увёз тебя далек, приехал вместо тебя робот…
— Сканеры меня и не увидят. Командовать парадом буду не я, а Ковариан, которую вытащили из Стормкейджа по этому случаю, — криво ухмыляется Таша. — И если она не провалит оборону, то минюст скосит ей весь оставшийся срок. А что касается моей правдивости, то трансляция из ТАРДИС с галлифрейским президентом, которая знакома нашим правящим кругам в лицо, тоже послужила своего рода гарантией. Я им, собственно, Арьяну из тюрьмы и посоветовала вытащить, она за свою шкуру десять Галлифреев спасёт.
Они с Романой наконец-то уходят. Девчонки, подумав, уползают следом — наверное, поглазеть. Остаёмся я, Доктор, Ривер и Донна, которой с нами, похоже, интереснее.
— Мне всё равно не нравится этот вариант, — признаюсь, ставя кружку на стол и плотнее заворачиваясь в плед. — Не хотела говорить при остальных, тем более ты так старательно обтекал этот вопрос, но задача ведь решается некорректно, верно? Демат-оружие будет запущено в любом случае, и, скорее всего, против тебя. И есть ещё один пункт: уничтожение тебя, Доктор, перепишет или даже обрушит весь континуум, и уж точно уничтожит всю линию времени далеков. Но в принципе, самих далеков не заденет, мы в этом отношении крепкие. Нас просто откатит в прошлую или позапрошлую версию, когда мы ещё не были знакомы с тобой, Хищник. Поэтому… Поэтому я не особенно этого опасаюсь. Хуже, если твоё исчезновение действительно развалит Вселенную, но есть же ещё Шестая Теория, и мир попытается тебя кем-то скомпенсировать — на ту же Роману или Мастера всё перевалить. Леди-президент достаточно умна, Король Войны достаточно безумен, так что, в принципе, оба могут загреметь на твоё почётное место, и в этом случае вселенная удержится. Меня в ней тоже не будет, но это даже к лучшему.
— Ты что, всерьёз собралась убить Доктора?! — взвивается Донна. Правда, как ни странно, вполголоса.
— А у какого далека излучатель не чешется по Доктору пальнуть? — флегматично пожимает плечами Ривер Сонг. — Это как раз нормально. Я бы удивилась, если бы всё было иначе. Но, сладкий, — теперь она пристально смотрит на мужа, — постарайся не умереть в очередной суицидальной авантюре. А то я очень расстроюсь.
— Не беспокойся, — улыбается он во весь оскал. Потом снова меняет лицо на серьёзное, поворачиваясь ко мне. — ТМД, слушай. Это очень важно. Капитан Крюк допустил один серьёзный ляп. Возможно, он лишит тебя свободы действовать по своему усмотрению, но логику и мышление далека он у тебя отнять не сумеет. И хотя, вероятно, у него есть контроль над парадоксами, иначе вообще ничего не стоило затевать, но его устройство вряд ли мощнее и продвинутее наших, галлифрейских, машин, а они далеко не всесильны. Управление парадоксами — коварная и одновременно хрупкая вещь, там всё может зависеть даже от формулировки. Если тебе прикажут ударить по мне, бей не по факту моего существования, а по факту существования моей ДНК.
