Резкая боль пронзает руку, пока Давросова каталка от удара проезжается назад с треть де-лера и стукается о панель управления. Ближний охранник целится мне прямо в лицо и уведомляет:
— Дальнейшее агрессивное поведение будет пресечено полной парализацией организма, Мать Скаро. Ты подчинишься Давросу.
Разбежался об косяк.
— Я не стану подчиняться низшему существу.
— Прекратить, — негромко командует Даврос, и гамма-бластер незамедлительно опускается, ни мига не колеблясь. Вот она, разница с нами — мы бы ещё дополнительно сами просчитали ситуацию, прежде чем подчиниться. А потом ещё вербально подтвердили бы подчинение, чтобы выразить не только покорность, но и согласие с позицией старшего по званию. Но слепо послушаться там, где есть зримая угроза для охраняемого объекта? Покорно начать игнорировать безусловно опасное существо?! Чудовищно. Гадость.
Наконец-то я вижу главный командный пульт не в туманном полусне, а в реальности. Мерзотиков здесь, конечно, полно, но при этом не так много оборудования, как могло бы быть. Видимо, сказывается гениальная соображаловка Доктора, переданная по наследству, искажённые наизобретали много полезного и наверняка бóльшую часть информации и команд обрабатывают и распространяют через свой аналог телепатической сети. Единственное, что будит во мне любопытство и нехорошие подозрения — это белый круг на тёмном полу, похожий на очень большую мишень, и какой-то странный агрегат над ним. Вот эта штука напрягает. Она явно не относится к управлению базой — скорее, похожа на устройство, под которое надо что-то поместить, чтобы получить какой-то результат. Есть две мысли, что это может быть, и коротко они формулируются так — или это для меня, или это для «якоря». И что-то меня оба варианта не радуют.
А ещё здесь почти все стены превращены в экраны, и я краем глаза отмечаю раскинувшуюся за пределами сфероида бескрайнюю пустошь, розовато-палевую, с меловыми огрызками скал, под багрово-бирюзовым небосводом, в котором пылает тёмно-оранжевое закатное светило. В окружающей местности нет ничего, совсем ничего знакомого — но я почему-то догадываюсь, что база Давроса приземлилась прямо на место древней столицы, на Равнине Мечей, близ Драммакинского озера. Горы, должно быть, где-то у меня за спиной, но глядеть на задние экраны я не хочу, как и чересчур активно интересоваться агрегатом под потолком. Потому что я смотрю в механический глаз Давроса и отворачиваться не стану. Гнев, проснувшийся во мне, с каждой сотой долей рэла набирает силу. Холодный, но безудержный; трезвый, но неукротимый; сдерживающий и сокрушающий одновременно. Божественный.
Меньше скарэла прошло с того момента, как нас заставили подняться по пандусу, и как сильно всё изменилось!..
Критический взгляд Давроса проезжается сверху вниз по моей симметричной фигуре.
— Ничего нельзя доверить этому безрукому мальчишке, — бормочет калед недовольно. Что-то я не поняла, это он про кого?! — Абсолютно не похожа.
— Не похожа? На что она должна быть похожа? — немедленно цепляется к словам Доктор, но его вопрос тонет в громком и скептическом комментарии Таши Лем:
— Будто вы раньше её не видели!..
Даврос наконец-то соизволяет обернуться на «цветник», давно задвинутый им в ранг незначительных факторов, и с половину рэла молчит, словно медитирует над вселенской проблемой — стоят ли девчонки его ответа, или нет.
— Не хотел портить первое впечатление видеотрансляцией, — наконец информирует он. — Личная встреча всегда ценнее записи,.. Таша Лем. Я, наверное, должен быть польщён визитом столь высокой персоны, как глава Церкви Безопасности?
— Бывшая глава, — с такой же ядовитой подначкой, как и Даврос, отзывается папесса. — Я сложила полномочия в пользу другого претендента на этот пост, вместе с обороной Галлифрея. Защитит — займёт моё место.
— О, — саркастически любопытствует создатель, — то есть вы предусмотрительно завещали папский престол уголовнице?
Таша даже не намекает насчёт статей галактического уголовного кодекса, висящих на самом Давросе — она просто мило улыбается и флегматично констатирует факт:
— Шансы выжить у каждого, кто попал в историю с далеками, равны нулю или около того. Я знала, на что иду, и не питала иллюзий.
Даврос изображает что-то вроде такой же милой улыбки — и это выглядит отвратительнее, чем у прототипов, едва начинающих осваиваться с мимикой.
— Ну так я вас разочарую. Скорее всего, вы не умрёте. По крайней мере, в ближайшее время, — и совсем другим тоном, сухим и командным, он приказывает своим мерзотикам: — В клетку их.
Мне достаётся тычок в поясницу, и тут же следует поправка:
— Нет, этих двоих оставить.
Всё ясно. Судя по тому, куда направляют экипаж «Ди», под странное устройство будет помещён именно «якорь», а мы с Доктором останемся снаружи.
