— В космосе лишь избранные слышали о мистиках, но в среде авантюристов ходит слух о волшебных жемчужинах с планеты-океана. Иногда, очень, очень редко, космическая шваль находит маршрут на Лекраон-Толладек-Адир. Ещё реже ухитряется приземлиться. И почти никогда — стартовать. Честно говоря, на моём веку это случилось лишь однажды — как раз под конец осады. Наш крейсер догнал нарушителя, но заставить сдаться не смог, пришлось открыть огонь на поражение. На корабле находилась жемчужина. Даже не украденная — её владелец, один из старейших мистиков, был жестоко убит пиратами. Если бы нам удалось вытащить её до взрыва, украсть у воров… Это бы решило многие наши проблемы.
— Это же парадокс! — возмущённо восклицает Романадворатрелундар, скрестив руки на груди.
— Но это и впрямь решит наши проблемы, — отзываюсь я. — Или тебя беспокоит то, что это нарушает правила, прописанные Невнятной Кодлой Вмешивающихся Дебилов? Так вот… Плевать на ваш НКВД и парадоксы, следует действовать максимально рационально. Мы найдём Доктора, чего бы это ни стоило. Поэтому мы возьмём корвет на абордаж. Таша Лем, даю доступ в космические сети твоего времени. Определи модель корабля и завод-изготовитель, нам нужны чертежи. Вастра, на короткий курс стрельбы из современного оружия, шагом марш! Романадвора… Романа, остаёшься на борту, для тебя эта вылазка слишком опасна.
Громкое презрительное «фи» в ответ. Тоже мне…
…Не то чтобы грязный, но и не надраенный до блеска трюм. Очень мрачная я, очень бирюзовая леди-президент Романадворатрелундар, очень важный кейс между нами на полу и очень опасный бластер, направленный прямо мне в лицо. Второй ствол смотрит на галлифрейку. Я же говорила, что ей следовало остаться на борту «Ди»! Но нет, блондинкина логика — выслушай приказ и сделай по-своему, прокрадись в грузовик до выезда, укройся под брезентом, дождись, пока штурмовой отряд доберётся до места назначения, и начинай создавать товарищам проблемы. И вот теперь этот галлифрейский неповоротливый терроркон со своей неудобной и яркой, как мишень, хламидой подвёл ситуацию к тому, что нас застукали всего в лере от спасительного технического лаза, прямо с похищенной жемчужиной в руках. А обратный отсчёт до появления крейсера церковников никто не отменял. Дура! Дура белобрысая!
— Ого, Ханс, да ты только погляди, какие у нас «зайцы» на борту! Ты каких красоток предпочитаешь, блондинок или брюнеток? У нас тут на любой вкус…
Наглая небритая рожа с явными признаками интеллектуальной деградации прячет бластер в кобуру и гнусно ухмыляется. Грубая и совершенно нестерильная рука хватает Романадворатрелундар за складки бирюзовой туники и тянет к себе. А галлифрейка вместо того, чтобы нанести удар по самому уязвимому месту противника, только гордо отворачивает курносый нос и едва слышно произносит своё характерное «фи». Тем временем ещё одна омерзительная гуманоидная рожа направляется ко мне, но оружие убирать не спешит. Нечистоплотные низшие твари, жертвы скотских инстинктов.
— Да-а, девочки, у вас неприятности, — продолжает тянуть пират. — Хотя тоже, как поглядеть. Мы не будем очень грубыми…
— У вас на борту похищенная жемчужина, — окатывает его ледяным взглядом галлифрейка. — Вы убили мистика с Лекраона. Это, знаете ли, преступление.
Вот ведь… Зануда. А я не вижу ничего преступного в том, чтобы убить какого-то моллюска, возомнившего себя разумным только из-за того, что его раковина позволяет концентрировать ментальную энергию. Никакие существа в нашей ситуации не могут быть ценнее Доктора. Да я готова весь этот водный мир опустошить, лишь бы обнаружить Хищника. Но пока, похоже, придётся удовольствоваться всего лишь парочкой пиратов, а то мы не успеем вырваться с корвета до взрыва.
— Ну, убили. Ну и что? — фыркает низшая тварь. — Ты мне что, мораль читать будешь, шлюшка?
— Животное! — провозглашает Романадворатрелундар, сверкнув глазищами. Надо же, я впервые воочию вижу столь явное проявление трезвого расизма от Повелителя Времени. Обычно галлифрейцы лицемерят, притворяясь, что уважают другие расы, но леди-президент — воистину исключение из своего народа, открыто и прямо назвала уровень собеседника. Ну и, естественно, тут же получила по физиономии: звонкая оплеуха разносится по всему помещению. Так ей и надо, в следующий раз будет слушаться моих приказов.
— Говорливая какая, — пират, не выпуская тунику блондинки, поворачивает лицо ко мне. — Откуда вы тут вообще взялись, бляха-муха?
— Это не имеет значения, — отвечаю, вроде бы глядя на него, но на самом деле прислеживая за его приятелем. Он так и не опустил бластер. Только бы не открыл огонь, а то ещё зацепит галлифрейку. Она, конечно, под защитным полем и в бронеткани, но я всё равно за неё опасаюсь, ведь у такой дуры и абсолютно стопроцентно надёжная система засбоит. — Для вас гораздо важнее то, что ещё двое делают в реакторном отсеке вашего корабля.
Романадворатрелундар, кое-как стерев кровь с разбитого уголка рта, выжимает насмешливую улыбку.
