— Я бы выбрала Сехмет и Сиванму, — с милой улыбкой шипит Вастра, пока Таша Лем нога за ногу ползёт к синтезатору. Она что, всерьёз сказала про водку?! — Но прости, у меня не тот уровень посвящения, чтобы знать имя богини.
Врёт бессовестно мне в глаза.
— Когда мы останемся один на один, ты мне назовёшь имя, которое не знаешь, — отвечаю, дистанционно блокируя синтезатор ровно в тот момент, когда папесса принимается крутить реле. — Или я заставлю тебя его сказать.
— Блядь, Венди! — кулак Лем врезается в погасшую панель. — Твои штучки?!
— Иди к себе в каюту и успокойся, — приказываю я. — У тебя три скарэла… полчаса.
Папесса сплёвывает без слюны в мою сторону и выходит, полыхая гневом. Неужели наконец-то не она меня, а я её из себя вывела?
— Я... пойду с ней, — Романадворатрелундар встаёт, не отводя взгляда от дверного проёма, в котором скрылась папесса, и быстро шагает следом. Мы остаёмся один на один с Вастрой и какое-то время молча глядим друг на друга. Ну, сама ответит, или...
— Я вам не отвечу, Венди, даже если вы поступите со мной так же, как ваши сородичи поступили со святой матерью, — очень спокойно, почти обречённо, говорит эта зелёная чешуйчатая тварь. — Есть вещи, которые более важны, чем страх смерти, и вы сами это знаете.
— Это ведь просто вымышленное существо, — бросаю я на пробу. — Какой резон молчать о нём, объясни-и?
— Для вас вымышленное, для меня вполне реальное, — качает она головой в ответ. — Венди, не важно, во что мы верим — в богов ли, в превосходство ли своей расы над остальными, — важно то, что это даёт нам силы жить и бороться за выживание.
Логично, варги-палки.
— Поэтому я не назову её святое имя тому, кто даже не верит в богов.
— Сложнее всего верить в себя, — усмехаюсь в ответ.
— Ого, какая пропасть даледианской гордыни, — силурианка опять подаётся назад и склоняет голову к плечу по своей змеиной привычке. — Так вы мните себя богами?
— Это не гордыня, — улыбаюсь я без улыбки. — Слово «далек» — это не только анаграмма к «калед», как назывались наши дикие предки, но ещё и «дал-ек» — «равный богам человек», «богоподобный». Мы не давали себе это имя, и наши создатели тоже не выдумали его, а взяли из древнего пророчества — «Табона дэ тьянн-тэл, эск талу бэк калид ульрик та дал-ек». Дословно это означает: “Придёт великая война, и, сокрушив талов, каледы станут богоподобными”. Там ещё дальше про то, как они сотрясут небеса и землю, научатся писать законы мироздания, и тому подобное, в весьма смутных выражениях. Но факт в том, что пророчество исполнилось, а для многих народов Местной группы галактик мы стали богами, как карающими, так и просвещающими. Огроны до сих пор нам поклоняются.
— Я знаю, к чему вы ведёте, — прищуривается Вастра. — К тому, что за образом богини могла стоять обычная смертная женщина. Даже если и так — пусть так, но для меня она богиня. И это так же свято, как для вас — ваша вера в исключительность своего племени. А теперь я хотела бы узнать, что за имя в списке вы упомянули последним?
— Это скарианская тёмная богиня, покровительница войн, мать демонов. Один знакомый называл меня её именем, — отвечаю. — А мы путешествуем во времени, и… Всё может быть, Вастра. Мифы ведь не появляются на пустом месте, — в конце концов, учитывая бесконечный парадокс предопределения, я даже такой вариант готова допустить. — Я не удивлюсь, если ты окажешься прообразом своей богини, Таша Лем — какой-нибудь Сехмет, да и на Галлифрее в прошлом тоже наверняка была богиня-воительница. Вастра, события раскатываются эхом по всему континууму, в том числе в прошлое. Особенно если эти события — часть темпоральной войны… Мне надо подумать, как подключить жемчужину к компьютеру. Идём в мастерскую.
Подбираю камень вместе с шалью. Лучше его пока не разворачивать, чтобы опять не попасть под завораживающие чары перламутра. И уже на самом выходе на плечо мне ложится зелёная чешуйчатая рука.
— «Чёрная», — тихо говорит Вастра. — Её имя на понятный тебе язык можно перевести, как «Чёрная».
Терпеливо жду, пока её ладонь отсоединится от моего тела. Противно — да. Но я узнала, что хотела, и морально продавила холодную ироничную ящерицу настолько, что она наконец-то обратилась ко мне в более доверительной форме, чем официальное множественное число.
Вот только почему внутри опять зудит ощущение какой-то неправильности во всём, что здесь, между мной и экипажем, происходит?..
Комментарий к Сцена двенадцатая. Что, дождались продолжения? =)))))
...Фанфикеру очень плохо. У фанфикера ломка по писанине. Фанфикер даже на работе рисует какую-то хрень про ТМД...
https://yadi.sk/i/o1bFXn5ma72Mcw
====== Сцена тринадцатая. ======
— Насадка номер четыре.
