Враги полностью

Заклинание исцеления слетело с губ, и Дар облегчённо выдохнул, даже улыбнувшись, правда, сказав совсем не то, что я надеялся услышать:

― Спасибо, Терри… Не трать зря силы, это рана от чужой магии, увы, её до конца не вылечить ― можно лишь отсрочить неизбежное. Да не пугайся так… Не думал, что придётся это говорить, но выхода нет: оставь меня здесь, бог даст, полегчает ― доберусь к своим, а нет, так тоже ничего страшного. Пойми ― я могу умереть в дороге, и некому будет защитить отважного Терри-Ворона от незаслуженной петли… Не хочу, чтобы твоя смерть была на моей совести. Это приказ ― беги, сынок. Мир велик, ты способный маг, нигде не пропадёшь…

Не понадобилось много времени, чтобы осмыслить услышанное ― молча подвёл своего коня поближе и, привязав к Шимми поводья гнедого, усадил Дара перед собой, буркнув:

― Будем считать, что я ничего не слышал… И на будущее ― своих не бросаю, а уж Вы, командир, постарайтесь остаться в живых, так-перетак. Сейчас вернёмся за Дрю и домой, в отряд. Показывайте дорогу…

Его тихий смех стал для меня лучшей наградой, а ещё я был ему благодарен за то, что он ничего не спросил о Лисе ― в умных глазах разведчика не было осуждения. Онпонимал…

Мы не спеша возвращались назад, и я старался не думать о том, что ждало меня там ― в конце концов, мы все рано или поздно…Лучше, конечно, поздно. Гоня прочь грустные мысли, представлял, что сейчас делает Лис ― вот уж кому теперь точно придётся несладко ― один, без напарников и друга, даже без коня… Но он справится, конечно, справится ― потому что должен, нет ― просто обязан!

Помоги же ему, Господи!

Держись, Лисёнок…

Чтобы спасти друга, Терри приходится устроить для него ловушку…

Пальцы бесцеремонно скользнули по белоснежной коже, остановившись на маленьком родимом пятне в виде крыла бабочки, уютно устроившемся над его правой лопаткой. Я чувствовал, как вздрагивало, отзываясь на каждое прикосновение, напрягшееся тело Леама, а внезапно изменившийся голос шептал:

― Что ты творишь, Терри? Пощади… щекотно же, ― переливаясь странным, непривычно хриплым смехом.

Послушно замер, не отрывая глаз от разметавшейся по подушке золотистой косы, с тревогой рассматривая неровный багровый шрам на шее друга:

― Откуда? В прошлый раз, кажется, его не было…

Он вздохнул:

― Это случилось на той неделе, когда пробирался через бурелом в предгорье. Так устал, что потерял бдительность ― лесная кошка располосовала когтями плечо и шею, только чудом остался жив… Если бы не магия… а так всё ещё дышу.

Я хмыкнул:

― Уверен? Что-то кожа у тебя подозрительно холодная…

И снова этот смех, от которого всё тело покрылось мурашками:

― Раз я снюсь тебе, значит, ещё жив… Помню, как добрался до зимовья, и кто-то затащил меня внутрь дома. Наверное, лежу сейчас на лавке в бреду и вижу, как единственный друг не даёт мне спать…

Обиженно фыркнул:

― Ну и пожалуйста, спи… ― но надолго меня не хватило, и я дёрнул его за косу, ― так соскучился, Ле, уже два месяца прошло, а от тебя даже весточки нет. Бродишь непонятно где, только эти дурацкие сны и вижу, и то ― редко…

Лис снова тяжело вздохнул, пряча лицо в подушке:

― Прости, Терри, это единственное, что я сейчас могу: силы на исходе, возможно, это наша последняя встреча, во всяком случае, пока не найду проклятую «Золотую сеть».

Меня как молнией ударило, и я прижался щекой к густым светлым волосам:

― Что за настроение, Лисёнок? Не говори так ― ты должен её найти, должен. Я на коленях стоял перед командиром, умоляя поверить, что ты не предатель. Никогда ещё так не унижался, до сих пор не могу смотреть ему в глаза ― такой стыд… Весь отряд относится ко мне с подозрением, ― я замолчал, кусая губы, ― а, впрочем, если всё так уж безнадёжно ― просто беги, весной уйдёшь за перевал, а там они тебя не найдут. Главное, живи…

Леам вздрогнул, резко сбросив мои руки, голос наполнился болью и тоской:

― Серьёзно? Бежать как трус, всю жизнь прячась? Так ты думаешь о своём друге? В прошлой раз на меня напали, и пришлось дать бой. Это были не разбойники, Терри, а маги, причём ― чужие. Значит, я уже близко. Вся беда в том, что часть карты была у тех двоих, которых ты подстрелил. Мне тогда пришлось поторопиться, сам понимаешь…

Я охнул:

― Выходит, ты не знаешь точного места?

Он молчал, а я, вскочив, вытащил из сброшенной на пол куртки лист бумаги:

― Ай да капитан Шверг… Так вот зачем он дал посмотреть вещи, найденные у предателей, а сам ушёл на пару минут, якобы, по срочному делу. Взгляни, Лисёнок ― я сумел срисовать карту, как чувствовал, что пригодится…

Он сел, резко повернувшись, так что коса наотмашь ударила меня по щеке, и скривил губы:

― Пригодится, неужели? ― я с криком свалился с кровати на пол: дело было не в шрамах, уродливыми змейками рассекавших когда-то безупречную кожу друга ― с бледного, измождённого лица вместо глаз на меня смотрели пустые провалы, полные запекшейся крови…