– Для этого лучше всего создать им проблемы. Сделай так, чтобы у скифов в их Ишкузе началось противостояние. Против скифов хорошо бы поднять подчинённых им албанцев и кадусиев!
– Ну какая же ты умница у меня! – убедился в очередной раз Фраорт в изощрённости и не в женском и трезвом уме своей старшей супруги, которая заменяла ему советников, а с недавнего времени даже и отца.
***
Албаны (или албанцы) и кадусии всё-таки поднялись против скифов. Их восстание быстро разрасталось и уже через пару месяцев приобрело угрожающий размах. Повстанцы даже несколько раз подходили к столице царства, но так и не сумели её захватить.
На первых порах восставшим на руку было то, что скифы были рассредоточены по своим становищам, и им требовалось некоторое время, чтобы собраться с силами, но вот когда они это сделали, то удача отвернулась от восставших и они начали терпеть поражения одно за другим.
Всё-таки скифы были непревзойдёнными воинами, и ни каспии, ни албанцы, никто либо иной не могли на равных тягаться с ними на поле боя в то время.
***
А теперь перенесёмся опять в Месопотамию, но уже не в Ассирию и не в соседнюю Вавилонию, а ещё дальше на Юг.
Супруга губернатора Ура и старшая сестра Ашшурбанапала после тяжелейшего ранения не поднималась с постели третий месяц. Я уже рассказывал, что когда-то, в юности, Шерруа-этеррит была распутницей, каких ещё поискать, но затем, влюбившись в великана, она женила его на себе и стала ему примерной супругой. Теперь же она превратилась в необыкновенно набожную особу. Каждый день её посещал сонм жрецов, колдунов и прочих ведунов, и среди них как всегда было не мало шарлатанов. Шерруа-этеррит не жалела пожертвований ни им, ни храмам. Но вот, когда ей стало немного получше, великан отправил её и своего сына Шарукина в Ниневию. По их приезду Великий царь тотчас же навестил родственников. Он выделил им крыло в главном здании Северного дворца и приставил к сестре лучших придворных врачей.
Шерруа-этеррит тяжело перенесла дорогу, но и оставаться в Уре ей было не с руки. Бел-ибни чувствовал, что в Южной Месопотамии что-то назревает и даже по этому поводу отправил Великому царю свои соображения, изложенные на трёх глиняных табличках, однако Ашшурбанапал не разделял тревогу наместника Ура. Такого же мнения был и Ишмидаган. Главный глашатай утверждал, что в его ведомство ежедневно приходят со всех концов империи тысячи доносов, и по их тону мало что изменилось. И хотя в последнее время Великий царь был не очень-то и доволен деятельностью Ишмидагана, но он разделял его мнение, что бить тревогу рано и чего-то экстраординарного в империи и на её границах не происходит.
Мидия охватывала большую часть нынешнего северо-западного Ирана и простиралась от хребта Эльбурс и до Кох и-Руда, ответвления Загроских гор. Городов в ней было немного. Эта страна, образовавшаяся в XII веке до новой эры, считалась до сих пор полу варварской. Населяли её не только пришедшие с востока мидийцы, но и древнее население этой части Иранского нагорья, также не сумевшее дорасти до сложной и развитой государственности.
Постепенно касситы, кутии и хурриты, то есть аборигены, смешивались с пришельцами, но даже к началу всеобщего восстания, которое вспыхнуло в первой четверти VII века до новой эры, они ещё сохраняли свои языки, и большая часть из них продолжали держаться обособленно.
Городов в Мидии к VII веку до новой эры было только с три десятка, да и то они походили, скорее, на разросшиеся посёлки, зато в ней появились до семидесяти крепостей, и их занимали на протяжении двух с половиной веков ассирийцы.
Ассирийское иго было настолько тяжёлым, что мидийцы постоянно восставали против чужеземной власти и всякий раз терпели жестокие поражения, так как у империи было гораздо больше сил. И после каждого такого восстания здесь рекой лилась кровь. Ассирийцы беспощадно расправлялись с непокорными. Привычной картиной для Мидии тех лет стали колья, на которые водружались замученные мидийцы и горы отрубленных голов, над которыми вились стаи разжиревших стервятников.
Но это не останавливало мидийцев. И вот очередное их восстание против удушающей власти Ассирийской империи продлилось больше года и при поддержке скифов и маннейцев закончилось победой. Мидия в 672 году до новой эры обрела долгожданную независимость, и первым её царём оказался вождь восставших Кашштарити.
О нём я более подробно расскажу. Он считался полукровкой. Потому что был только наполовину мидийцем, а отцом его являлся кассит. Да ещё к тому же этот князь на протяжении многих лет служил верой и правдой ассирийцам и даже был их наместником в одной из областей Мидии. Однако именно Кашштарити первым осмелился в очередной раз бросить вызов ассирийцам и потом уже вокруг него стали объединяться все недовольные имперской властью. И его, нечистокровного мидийца, восставшие единодушно выбрали царём.
А на втором году своего правления он заложил столицу новообразованного царства.
***
