– Как поэтично, Истина! Может быть, ты раздумаешь стать моряком.
Юноша покраснел и бросился прочь.
Из-за спины Фелисин раздался голос Баудина.
– Этот парень для тебя слишком хорош, девушка. Именно по этой причине, заигрывая с ним, ты еще сильнее падаешь в своих собственных глазах.
– Тебе стало известно обо мне что-то новое? – поинтересовалась Фелисин, не удосужившись даже повернуться.
– Я не умею гадать на кофейной гуще, – заключил он. – Однако сейчас мне не нужно даже ходить к гадалке.
– Это только домыслы. Дай мне знать, когда начнет гнить эта рука, – я очень хочу увидеть тот момент, когда она отвалится.
Шум плеска весел сливался с однообразными ударами барабана. Ветер налетел подобно кашлю великана, и магический шторм опять охватил путешественников.
Скрипач почувствовал прикосновение какого-то шероховатого предмета на своем лице и проснулся. Открыв глаза, он увидел прямо перед собой грязную щетину чьих-то волос. Спустя несколько секунд человек поднял голову, и Скрипач с удивлением обнаружил перед собой высохшее темное лицо, которое с критическим выражением разглядывало раненого сапера. Закончив осмотр, оно приняло выражение крайнего отвращения.
– Пауки в твоей бороде... или того хуже. Я их, конечно, не вижу, однако точно знаю, что они тут есть.
Сапер попытался сделать глубокий вздох, но внезапно почувствовал сильнейшую пульсирующую боль, которой отозвались сломанные ребра.
– Да отвяжись ты от меня! – пробормотал он. Жалящая боль перебралась на бедра, заставив Скрипача вспомнить об огромных когтях, которые в течение длительного времени топтались по его телу. Левая голень была туго забинтованной, однако онемение, что ощущалось на всей ступне, заставило сапера сильно забеспокоиться.
– Не могу, – ответил старик. – Нет ни одной возможности для выхода. Торговые сделки завершены, все необходимые приготовления сделаны. Расклад ясно поведал нам об этом. Жизнь принятая – за жизнь отданную, или даже более того...
– Ты – Дал Хонес, – проговорил Скрипач. – Но где же нахожусь сейчас я?
Лицо расплылось в широкой усмешке.
– Во власти Тени. Хи-хи.
Из-за спины странного старика послышался новый голос:
– Человек постепенно приходит в себя, а ты, верховный священник, его мучаешь. Отойди в сторону – солдату нужен воздух, а не твое тошнотворное притворство.
– Но эти слова в высшей степени несправедливы! – возмутился священник, однако все же отошел в сторону. – Твой темпераментный компаньон припадал на колени перед алтарем, не так ли? И эта деталь крайне важна для понимания всего происходящего, – он сделал еще один шаг назад, и перед Скрипачом предстали фигуры всех остальных людей.
– А. – вздохнул сапер, – это же ты, Трелл. Память постепенно ко мне возвращается. А твой спутник... Ягут?
– В данный момент он развлекает твоих товарищей, – произнес Маппо, – хотя, кажется, не очень-то успешно. За все свои годы, проведенные на земле, он так и не научился искусству общения с людьми.
– Да ведь имя этого Ягута – Икариум, он изобретатель хитроумных устройств и хранитель времени...
Трелл расплылся в широкой улыбке, обнажив внушительные клыки.
– Точно – повелитель песка. Однако тот тонкий поэтический намек, который присутствует в его имени, последнее время перестал играть какое-либо значение; более того, чаще всего он начал мешать.
– А я разговариваю в данный момент с Маппо, не так ли?
– И вновь ты прав. Солдат, а почему друзья, снимая с тебя облачение гральского воина, употребляли имя Скрипач?
– Сложные обстоятельства заставили меня вести подобную игру, – признался сапер.
– Я понимаю тебя, солдат: когда речь идет о жизни и смерти... Совсем забыл – ты же, наверное, испытываешь жуткую жажду и голод?
– Честно говоря, не отказался бы сейчас от хорошего обеда. Но сперва ответь мне: где мы сейчас находимся?
– В храме, высеченном из цельной скалы; в гостях у верховного священника Тени – старикашки, с которым тебе уже представилась возможность познакомиться. Его зовут Искарал Пуст. А Вихрь прошел мимо.
– Пуст?
– Именно так.
Хонесский верховный священник опять показался в поле зрения, его лицо было очень хмурым.
– Солдат, тебе показалось смешным мое имя?
– Да нет, верховный священник, вовсе нет.
Старик что-то пробормотал, схватил свою метлу и пулей вылетел из комнаты.
Скрипач осторожно поднялся в кровати. «Чувствую себя, словно дряхлый старик», – подумал он. Сначала сапер хотел расспросить Маппо обо всех событиях, которые произошли, пока он был без сознания, и особенно о своей ране на левой лодыжке. Однако, решив, что ничего утешительного услышать все равно не удастся, Скрипач решил отложить неприятный разговор на более поздний срок. Поэтому он просто спросил:
– Откуда взялся этот старик?
– Сомневаюсь, что даже он сам способен вразумительно ответить на данный вопрос.
– Я проснулся в тот момент, когда он расчесывал мне волосы.
– Нет ничего удивительного.
Спокойствие рассуждений Трелла позволило Скрипачу немного расслабиться. «Маппо... Это имя всегда связано с чем-то другим... О нем ходит столько слухов, что можно было бы заполнить целый том. И если хоть один из них является правдой...»
