Насколько Антилопа помнил происходящее, Колтайн в первую минуту выглядел озадаченным. Он поднялся на ноги с абсолютным спокойствием, однако на лице было такое выражение, будто за его спиной затаился злейший враг, готовый каждую минуту нанести смертельный удар.
– Наверняка жара помутила твой рассудок, историк, – низким горловым голосом произнес Булт.
– Я абсолютно уверен в том, чему был свидетель, дядя. Более того, я это чувствовал.
В неподвижной душной атмосфере палатки повисло длительное молчание.
В этот момент вошел Сормо. Он остановился у порога, пока Колтайн не соблаговолил поднять на него свой взгляд. Плечи колдуна значительно ссутулились – складывалось впечатление, что он был просто не в состоянии нести груз той ответственности, которая лежала на нем все последние несколько месяцев. Под глазами лежали тени, свидетельствующие о крайней степени утомления.
– У Колтайна есть для тебя несколько вопросов, – произнес Булт в сторону колдуна. – Позже.
Сормо пожал плечами.
– Нил пришел в сознание. У него имеются все ответы.
– Не думаю, что все, – зловеще произнес покрытый шрамами ветеран, и на его лице отразилась злобная усмешка.
– Объясни, что произошло, колдун, – потребовал Колтайн.
– Дело в том, что бог семков до сих пор жив, – вставил свою реплику Антилопа.
– Присоединяюсь к этому мнению, – произнес Затишье из утла палатки, где он сидел на небольшом раскладном походном стульчике. Жилет был расстегнут, ноги скрещены в коленях. Встретившись взглядом с историком, капитан едва заметно подмигнул.
– Эта информация не совсем точна, – поправил Сормо. Помедлив, он сделал глубокий вздох, а затем продолжил: – Бог был в самом деле погублен – разорван на куски и сожран. Однако порой плоть содержит столько злобы, что она незаметно переходит в существо, которому удалось с этим богом расправиться...
Антилопа, услышав подобные изречения, чуть не упал со стула, моментально почувствовав рану на ягодице, которая, как ни странно, уже начала затягиваться.
– Земной дух...
– Дух земли, точно. Скрытое честолюбие и неожиданная сила. Другие духи... ничего из себя не представляют.
Лицо Булта перекосилось от омерзения.
– Мы потеряли этой ночью семнадцать солдат только ради того, чтобы убить горстку предводителей титанси и обнаружить подземного дикаря?
Антилопа вздрогнул. Это был первый момент, когда на ум пришло ощущение, что они начали проигрывать. «Это же первая неудача Колтайна. Если Опонн смеется над нами, то жаль, что этого не видит враг».
– Имея такую информацию, – тихо объяснил Сормо, – можно спасти много жизней в будущем. Духи полностью истощены... Они были крайне удивлены, что оказались не в состоянии предсказать наш набег и засаду; сейчас им известно, по какой причине произошли подобные события. Они не ожидали, что среди их племени может оказаться шпион. Зато теперь духи могут восстановить справедливость...
– Ты имеешь в виду, когда неприятель возобновит свои диверсии? – Булт чуть не плюнул с досады. – Неужели союзники твоего духа будут способны предупредить нас – точно так же, как в прошлый раз?
– Мне кажется, что все усилия дикаря попытаются нейтрализовать.
– Сормо, – произнес Антилопа, – а почему у бога был зашит наглухо рот?
Колдун криво усмехнулся.
– У этого создания зашиты все естественные отверстия, историк, для того, чтобы поглощенные живые существа никогда не могли выбраться наружу.
– Странная она, эта магия, – покачал головой Антилопа.
– Очень древняя, – кивнул головой Сормо. – Волшебство внутренностей и костей. Теперь нам приходится бороться с тем знанием, которое мы бессознательно обрели, – колдун вздохнул. – Эта история идет с тех времен, когда еще не существовало Путей, а вся магия находилась в недрах.
Год назад Антилопа пришел бы в крайнее возбуждение от подобного комментария и начал скрупулезное расследование источника услышанной информации. Однако сейчас слова Сормо отозвались глухим эхом в сознании историка – он был слишком измотан и истощен. Единственным желанием Антилопы оставался сон, а осознание того, что подобной возможности не предвидится по крайней мере в течение двенадцати часов, приводило его в уныние. За стенкой палатки началась обычная утренняя суета – оставался всего один час до рассвета.
– Если причина только в этом, – медленно произнес Затишье, – то почему этот семк просто не лопнул как надутый пузырь в тот момент, когда мы одновременно проткнули его несколькими стрелами?
– То, что он когда-то поглотил, прячется глубоко внутри. Скажи мне, чем был подпоясан этот семк?
– Несколькими ремнями из толстой кожи.
– Именно так.
– А что случилось с Нилом?
– Он потерял сознание, воспользовавшись именно теми знаниями, которые мы судорожно пытались вспомнить. Как только началась атака волшебников, он ушел внутрь себя. Действие магии продолжалось, а ему было все нипочем, пока не кончилась сила. Этот урок стоит крепко запомнить.
В памяти Антилопы возник образ другого колдуна, которого постигла столь ужасающая смерть.
– Наши уроки слишком дорого стоят.
Сормо ничего не ответил, однако в его глазах отразилась ужасная боль.
