– Наверное, я просто не совсем точно выразился. Этот человек тебе многим обязан, можно сказать, он находится у тебя в долгу. В свою очередь, случилось так, что и он оказал мне неоценимую услугу. По этой причине я получил задание: организовать твое убытие из Арена. Именно так и обстоят дела, поверь мне. Скоро я расплачусь со своим долгом перед ним – надо сказать, это произойдет весьма своевременно.
Калам вновь осмотрел внешность незнакомца; по крайней мере, снаружи у него не было никакого оружия.
– Пытаешься играть в игры, усмехнулся убийца.
Салк Елан вздохнул.
– Хорошо, я скажу. Этим человеком был Мебра, вверивший тебе Священную книгу. Надо признать, она была вовремя доставлена Ша'ике, о да! Мебра решил, что от нее ты отправишься в Арен. А учитывая твои неоспоримые таланты, несложно было предположить, что священная цель потребует отправки в самое сердце империи. Или, в буквальном смысле, через сердце... Хе-хе. Помимо остальных приготовлений, я организовал переход через Имперский Путь, активация которого запускала цепь всех остальных событий. – Мужчина поднял голову, принявшись осматривать крыши огромного количества городских домов. Его улыбка расширилась. – С учетом последних событий, происходящих в мире, подобные приготовления было очень трудно осуществить и поддерживать – приходилось постоянно скрываться. В конце концов я решил разориться и снять еще одну каюту – прямо напротив твоей, но только для себя. Поверь мне, не стоит доверять имперскому правосудию, тем паче, что оно подключило к работе собственную гвардию верховного кулака.
– А капитан не произвел на меня впечатления человека, чья преданность стоила бы очень дешево, – произнес Калам, пытаясь усилием воли подавить свою тревогу. «Неужели это Мебра догадался, что я планирую убить императрицу? Кто же еще... А этот Салк Елан, кем бы он ни был, вовсе не имеет тормозов... Если, конечно, он не напрашивается на ответную реакцию. Точно, классическая тактика здесь может сослужить очень хорошую службу. Нет времени проверять правдивость, я стою на самом краю...»
С главной палубы из-за спины Калама донесся высокий голос казначея; на капитана вновь обрушились различные жалобы, и ему ничего не оставалось делать, кроме того как сквозь зубы бормотать извинения.
– Действительно, недешево, – согласился Салк Елан. – Я бы даже сказал, умопомрачительно.
Калам заворчал – лицемерие ему было неприятно. Однако осознание того факта, что он разобрался в характере капитана, немного согрело его душу. «Дыхание Худа, да ведь имперские указы сегодня не стоят даже тех масляных чернил, которыми они пишутся...»
– Еще одной причиной опасения является тот факт, – продолжил Елан, – что капитан, по всей видимости, обладает незаурядным умом. Однако он это искусно скрывает – на поверхности одни только увертки да прибаутки. Без сомнения, он встретился с тобой в таверне, преследуя свои тайные цели.
Калам иронизировал над собой.
– Неудивительно, что я понравился ему с первой минуты нашего разговора.
Елан засмеялся мягким и сдержанным смехом.
– Думаю, не станет неожиданностью и прекрасная кухня на наших столах в течение всего путешествия.
Калам сдержал усмешку и произнес:
– Полагаю, что не будет ошибкой вновь показать тебе спину, Салк Елан, не ожидая атаки исподтишка.
– Понимаю, что ты обескуражен, – невозмутимо произнес мужчина. – Я бы не хотел, чтобы мы вновь вспоминали об этом случае.
– Я рад, что мы поняли друг друга, поскольку твои объяснения дают больше течи, чем та посудина, на которой мы сейчас находимся.
– Рад? Какая недооценка чувств, Калам Мекхар! Да я просто счастлив, что мы так легко нашли общий язык.
Калам отступил назад и глянул сверху на главную палубу. Тем временем казначей продолжал свою гневную тираду в отношении капитана. Вся команда не двигалась, молчаливо взирая на неприятную сцену.
– Ужасное нарушение этикета, как ты думаешь? – спросил Салк Елан.
– Вся команда принадлежит капитану, – произнес убийца. – И если он имеет что-то против, то настала пора об этом объявить. По крайней мере, капитану не пристало выслушивать визги такой болонки.
– Тем не менее я полагаю, что нам стоит вмешаться. Калам отрицательно покачал головой.
– Это совсем не наше дело. Кроме того, мы не сможем никак изменить ситуацию. Однако знай: мое мнение не должно повлиять на тебя.
– Как это не наше дело, Калам? Ты хочешь, чтобы во время похода команда поливала нас дегтем? Или, может быть, тебе нравится, когда кок плюет в рисовую похлебку?
«У этого ублюдка что-то на уме«.
Калам увидел, как Салк Елан осторожно спустился вниз на палубу, и последовал его примеру.
– Уважаемый господин, – окликнул Елан. Казначей и оба его телохранителя обернулись.
– Я верю, что вы очень высоко цените терпение капитана, – произнес Елан, продолжая к ним приближаться. – Однако на другом судне и вас, и ваших избалованных слуг уже давно выбросили бы за борт. О да, вы начнете тонуть, как балластные камни, и это превратится в весьма захватывающее зрелище.
Один из телохранителей взревел и двинулся вперед; его большая волосатая рука сжала рукоятку сабли.
