– Однако он для нас абсолютный ноль, историк. Кланы просто подчиняются его приказам, они не хотят противиться. Природой нашего молчания является не абсолютное согласие со всеми его решениями и не безграничная преданность. Это страх.
Антилопа не нашелся, чем ответить на данную тираду. Обернувшись, он посмотрел на небо, покрытое трепещущим бледно-желтым ковром. «Они просто мигрируют, находясь под властью инстинктов, Безумное движение к фатальному исходу. Прекрасный, леденящий душу танец Худа, где каждый шаг четко спланирован. Каждый шаг...«
Кулак прибыл в тот момент, когда на землю опустилась ночь. Клан Ворона, двигающийся впереди, создал ему безопасный коридор. Позади катились повозки с теми ранеными, которых было решено погрузить на «Силанду».
Колтайн с исхудалым и чудовищно усталым лицом подошел к тому месту, где Антилопа, Невеличка и Геслер мирно сидели под сенью самодельного тента. За спиной кулака, как обычно, находился Булт, а также капитаны Затишье и Сульмар, капрал Лист, колдуны Сормо и Нил.
Затишье подошел к Геслеру.
Капрал моряков нахмурился.
– А вы совсем не такой хорошенький, каким вас удалось запомнить, сэр.
– Мне известен твой послужной список, Геслер. Сначала капитан, затем сержант, а вот теперь и капрал. Такое впечатление, что катишься по лестнице, причем ноги болтаются наверху...
– А голова в лошадином дерьме. Я знаю, сэр.
– От твоего отряда осталось всего двое?
– Официально, один человек, сэр. Этот юноша – новобранец, которого так и не удалось ввести в должность. Таким образом от отряда остались только я да Непоседа, сэр.
– Непоседа? Не тот ли адъютант кулака Картерона, который...
– Тот самый, сэр.
– Дыханье Худа! – произнес Затишье и повернулся к Кол-тайну. – Кулак, среди Прибрежных моряков мы обнаружили двух членов старой гвардии императора.
– В любом случае, это был спокойный пост много лет назад, еще до восстания.
Затишье ослабил застежки шлема, сорвал его с головы и пробежал рукой по редким потным волосам. Обернувшись вновь на Геслера, он произнес:
– Подзови своего новобранца, капрал.
Геслер махнул головой, и из тени вышел Истина. Затишье нахмурился.
– В эту минуту, парень, ты официально зачисляешься в отряд боевых моряков.
Истина отсалютовал, отогнув большой палец правой руки и соединив его с мизинцем.
Булт фыркнул, а лицо капитана Затишья еще больше помрачнело.
– Где... о, ну ладно, не беспокойся, – повернувшись к Геслеру, он произнес: – А что касается вас с Непоседой...
– Если вы говорите о поощрении, сэр, то я обещаю, что ударю кулаком в остаток вашего лица. А Непоседа с величайшей радостью попинает вас ногами, сэр, – произнеся крамольную тираду, капрал улыбнулся.
Булт рванулся вперед и, поравнявшись с Геслером, заглянул ему в лицо так, что носы соприкоснулись.
– Неужели, – прошипел он, – ты осмелишься дать в морду и мне?
Улыбка Геслера не стерлась.
– Так точно, сэр. И Худ побери, я то же самое готов сделать с самим Колтайном, если вы меня ласково попросите. Просто дам ему с размаху в лицо.
На мгновение повисло могильное молчание.
И тут Колтайн взорвался хохотом. Антилопа и окружающие виканы так и застыли в немом недоумении.
Ничего не понимая, Булт отошел от капрала, встретился взглядом с историком и просто кивнул головой.
Смех Колтайна заставил сторожевых собак дико завыть; животные мгновенно приблизились и скопились вокруг, словно бледные привидения.
Впервые оживившись, смеющийся Колтайн обернулся к Геслеру.
– Скажи, солдат, а что бы на это ответил Картерон Круст, а?
– Он бы размазал кулаком мой...
Капрал не закончил, так как Колтайн дернулся вперед и схватил его за нос. Голова моряка отклонилась назад, а ноги зависли над землей. В тот же момент Геслер с глухим стуком упал на пыльную землю. Колтайн развернулся; его рука была скрючена так, будто он только что напоролся на кирпичную стену.
Сормо бросился вперед, схватил кулака за запястье и начал его обследовать.
– Подземные духи, да она размозжена!
Все очевидцы произошедшего обернулись належавшего навзничь капрала, который медленно приподнялся. Из носа хлестала кровь.
Нил и Невеличка зашипели, бросившись от него врассыпную. Антилопа поймал Невеличку за плечо и развернул лицом к себе.
– Что произошло, девочка? Что не так... В этот момент раздался шепот Нила.
– Все дело в крови – этого человека можно практически отнести к всевышним!
Геслер не слышал данных слов. Будто зачарованный, он смотрел на Колтайна.
– Думаю, можно считать себя повышенным в звании. Правильно, кулак? – процедил он через разбитые губы.
– ... практически всевышний. Но ведь кулак... – оба колдуна обратили свой взор на Колтайна, и в первое мгновение Антилопа заметил благоговейный страх на их лицах.
«Колтайн разбил Геслеру лицо – человеку, находящемуся на грани вознесения... Каким образом?» Мысли историка вернулись к неистовой силе, продемонстрированной Непоседой и Истиной в шлюпке... История об охваченном пламенем Пути... Святой Абисс, да ведь все трое из них... А... Колтайн?»
