– Такое впечатление, что Корболо с самого начала знал об отказе Колтайна и противоположной реакции представителей знати. Посмотри-ка, огонь лучников спадает – видимо, саперы теснят их назад. Боги, да там идет настоящая резня. Давай возьмем оружие и присоединимся к этому празднику жизни!
– Иди, – ответил Антилопа. – Но я останусь здесь, в пределах видимости реки. Я же историк и должен стать свидетелем всех событий...
– Да тебя насадят на вертел как бычка, старик.
– Ничего, придется рискнуть. Успеха!
Женщина помедлила, затем кивнула и медленно поползла по изуродованным телам вперед.
Отыскав круглый щит, Антилопа забрался на повозку и чуть не наступил на сжимающуюся от страха фигуру. Взглянув на дрожащего человека, он произнес:
– Нетпара.
– Спаси меня, пожалуйста.
Не обратив никакого внимания на эту мразь, историк развернулся к реке.
Поток беженцев, который полностью достиг южного края переправы, не мог двигаться дальше. Вместо того он начал распространяться по всей береговой линии. Далее Антилопа заметил, как толпа обнаружила неприятельский взвод, управляющий с помощью веревок с берега плавучим мостом, и бросилась на него с дикой яростью, не обращая внимания на отсутствие оружия и доспехов. Взвод был фактически разорван в клочья.
Резня превратила речную воду в розовую массу мертвых насекомых и человеческих тел, количество которых все больше росло. Еще один недостаток плана Дона Корболо обнаружился тогда, когда с моста вверх по течению иссяк поток стрел – по всей видимости, лучники просто израсходовали свой запас. Находящаяся в свободном дрейфе платформа медленно смещалась вниз по течению, пока первая шеренга лучников не сомкнулась с безоружными беженцами, запрудившими брод. Однако воины не рассчитывали на бешеный рев, который встретил их прибытие. Люди отбросили страх. Они ринулись на оторопелых копьеносцев; протягивая руки, люди пытались дотянуться до ненавистных лучников, которые скрывались за спинами своих собратьев. Огромный понтон, не выдержав новой массы людей, сначала немного погрузился в воду, а затем и вовсе опрокинулся. На поверхности реки стало не видно воды – она скрылась под огромным количеством человеческих тел. Мост дрогнул и распался на несколько частей.
А стая бабочек, словно миллион цветов с желтыми лепестками, не обращая никакого внимания на происходящее, мирно трепыхалась над человеческим безумием.
Внезапно Антилопа почувствовал в воздухе приближение еще одной волны волшебства. Он обернулся на душераздирающий звук и увидел Сормо, который восседал на своем жеребце в центре серой толпы. Мальчик испустил огромный сноп огня, он рванул по направлению к понтону, находящемуся внизу по течению. Словно раскаленная металлическая проволока, сполох разрезал большинство находящихся на мосту на две половинки. В воздух брызнула кровь, а огромное покрывало бабочек окрасилось в красный цвет.
Однако в то же самое время четыре стрелы настигли молодого героя, причем одна из них прошила Сормо шею. Лошадь мальчика обернулась и сильно заржала: несколько десятков стрел также вонзилось в ее мускулистое тело. Животное покачнулось и упало на бок. Ноги потеряли сцепление с насыпью брода, и течение утянуло их на глубину. Сормо откинулся назад, начал медленно сползать с седла, а затем и вовсе пропал под поверхностью воды цвета густой грязи. Обессилев, лошадь пошла за ним следом.
Антилопа не мог перевести дыхание. Затем он увидел тонкую бледную ручку, тянущуюся из воды к небу на расстоянии десяти шагов вниз по течению.
В то же мгновение на ней сгрудилось около сотни бабочек, но ненадолго: спустя десять секунд рука начала погружаться вниз, а затем и вовсе пропала. На место гибели Сормо слетались все новые и новые насекомые – тысячи, сотни тысяч. Внезапно битва затихла: все остановились и как один обернулись к этому месту.
«Дыханье Худа, насекомые пришли за ним. За его душой. Это не вороны, как должно быть на самом деле. Всевышние боги!»
Из-под историка донесся дрожащий голос:
– Что случилось? Мы победили?
Историк перевел дыхание. Насекомые продолжали бурлить в воздухе, образовав некое подобие могильного холма. Онемевший историк мог только безучастно наблюдать.
– Неужели мы победили? – раздался тот же голос. – Ты видишь Колтайна? Позови его сюда – мне нужно с ним переговорить...
Мгновение полного спокойствия прервалось, когда одна-единственная виканская стрела пронзила грудь воина на понтоне внизу по течению. То, что начал Сормо, закончил его клан: последние лучники и копьеносцы пошли ко дну.
В этот момент Антилопа заметил три отряда пехоты, бросившиеся рысцой с северного склона вниз. Видимо, они решили, что тылы справятся и без них, а сами отправились наводить порядок на переправе. Со стороны леса послышались радостные крики и улюлюканье: это клан Горностая праздновал победу.
Антилопа обернулся. Он увидел малазанских солдат, те сновали с места на место – горстка моряков и менее тридцати саперов. Огонь лучников усилился и приблизился к ним. «Боги, да они сделали практически невозможное, от них не нужно требовать большего...»
