Маранг наклонился на своем пьедестале, подбородок его резче обрисовался в свете свечей. Бросая взгляды по сторонам, он наблюдал за своими товарищами по Совету. Кашини явно готова была возразить ему, это можно было сказать и про Алинджийю. Тучная фигура Мюниварея выглядела расслабленной.
– Если Файлан в самом деле верил, что у нас есть надежда, я с уважением отношусь к его мнению. Но я не могу сидеть и ждать, когда же воплотится эта надежда. Услышь меня, Кашини: я не стану сидеть сложа руки, пока Устам угрожает предатель, пусть даже это наша блюстительница престола.
Затем Маранг обратился к Амиру, придав голосу прочти пророческий тон:
– Носитель, если тебе в самом деле нужен Яд, ты его получишь.
У Амира голова пошла кругом. Словно какой-то пузырь распирал его изнутри, ему казалось, что он плывет по небу, улыбаясь. Врата, неужели именно так бывает, когда переживаешь радостные вести?
Маранг наклонился вперед еще сильнее:
– Но сначала ты вернешься в восемь королевств и остановишь Мадиру. – Помолчав немного, он добавил негромко: – Ради нашего общего блага.
Словно душ из иголок обрушился на Амира: они прокололи пузырь и спустили его с небес на землю.
Тем временем среди Кресел началась разноголосица. Алинджийя была в ярости. Мюниварей смеялся, громко и надменно. Шашульян пришел в раздражение и вскинул руки, словно давал понять, что на сегодня с него хватит.
Когда спор выдохся, Амир пришел к мнению, что ему никто не даст слова, если он сам его не возьмет.
– Выслушай меня, сагиб, пожалуйста.
Разговоры стихли. Маранг смерил его взглядом. Внутри у Амира все перевернулось. Слова Маранга до сих пор молотом стучали у него в висках.
– Мне такое не по силам, – продолжил он. – Допустим, я мелкий воришка, но уж точно не убийца. Мне… мне просто нужен флакон Яда для матери, чтобы забрать ее и брата в Бухты в Джанаке, где мы и проживем до конца дней. Мне нет дела до… до этого девятого королевства, до олума… или до планов, которые вынашивает ваша блюстительница престола. Мне нет дела до войны. Пожалуйста… дайте мне одну склянку. Это все, о чем я прошу.
Маранг придвинулся ближе, и теперь было можно целиком рассмотреть его лицо. Бледное, огрубевшее, как у шахтера из Мешта, с острыми скулами, крючковатым носом и колючими глазами.
– Хочешь увильнуть от своего долга носителя?
Поразмыслив и сообразив, что ложь ничего ему не принесет, Амир кивнул.
Снова послышался ропот. Маранг воздел руки, призывая к тишине.
– Своими словами ты оскорбляешь Уста, носитель. Ты уклоняешься от того, к чему предназначен с рождения. Воины юирсена и я – мы посвятили свою жизнь охране Уст и служению им. Это наш долг, как быть носителем – твой. И все же… все же…
Амир хотел заговорить, но Маранг снова поднял руку, остановив его:
– Я позволю тебе это маленькое дезертирство. Разрешу пренебречь тем, ради чего ты появился на свет, и больше ты никогда не будешь носителем. Но для этого ты должен остановить Мадиру. Доставь ее ко мне, живую или мертвую, и тем самым ты купишь свободу для себя и своей семьи.
– Я не могу! – Отказ слетел с языка Амира прежде, чем он успел обуздать эмоции. – Я не имею отношения ко всему этому – к этим вашим проблемам. Я не солдат, сагиб. Не один из тех воинов, что упражняются внутри горы. Я не умею сражаться, как Файлан. Я всего лишь человек, мечтающий дать своим близким лучшую жизнь. Или, по крайней мере, своей семье.
– Ты будешь не один, – пошел на уступки Маранг. – Тебя будет сопровождать помощник из числа юирсена, который поможет тебе справиться с задачей.
Воочию увидев тренировку, Амир постарался представить, каково будет путешествовать бок о бок с таким воином. Но этого было мало, чтобы перебороть его сомнения. Он все еще колебался, когда Маранг продолжил:
– А еще твой спутник проследит, чтобы ты не разболтал наш секрет в восьми королевствах. Если проговоришься, ты и тот, кому ты откроешь тайну, будут убиты.
Кровь отлила от лица Амира. Слабость охватила его и проникла в голос, так что тот стал похож на жалобный хрип.
– Это… это нечестно. Я пришел как посланник, с просьбой, которую вам не составит труда удовлетворить. Один флакон Яда. Всего один.
– Мы тебя наградим хоть бочонком, если желаешь, – с пылом подхватил Маранг. – Выполни задание во благо королевства Иллинди и бери сколько хочешь.
– Вы хотите так все представить, будто у меня нет иного выбора, – огрызнулся молодой человек. – Но рано или поздно Ювелир вернется, и я сам решу свою проблему.
Почти в тот же миг послышалось хихиканье Мюниварея, Алинджийя зашикала на него. После напряженной паузы, грозившей затянуться навечно, тишину нарушил голос Маранга. Он взрезал ее словно нож, но без злобы. Скорее, это стоило сравнить с издевательским смешком.
Амир завертел головой, пытаясь понять, что такого он ляпнул смешного.
– Я думал, носитель, что ты дошел до сути, когда увидел свет, льющийся из полостей в горе Илом, где упражняются юирсена, – заговорил Маранг. – Там изготавливают Яд. А кто такой я? – Он наклонился вперед. – Я и есть Ювелир.
