Шаховской – добил то, что было в магазине пулемета, бросил его. Одну за другой кинул вверх две гранаты, не сильно заботясь о том, где они разорвутся. Побежал вниз, оттуда – уже вели огонь объединенные силы. Еще он понял, почему солдаты так не любят отступать – бежать, слышать свист пуль, но не видеть их – намного тягостнее, чем наступать, смотря врагу прямо в лицо.
Каким то шестым чувством он понял: следующая – будет его. Упал – пулеметная очередь прошла выше.
– Аллаху Акбар!
Перекатился стреляя. За спиной – глухо загрохотали взрывы, огонь прекратился…
Это были гранаты. Те самые, которые они модифицировали, поставив запал, который взрывал гранату не через четыре секунды – а через минуту или две. Это они сделали специально, на случай отступления – роняешь гранату, бежишь – и противник, идущий за тобой, нарывается на импровизированное минное поле.
Кто-то дернул его за ногу – Багыш?
– Цел?!
На грани восприятия, сквозь свист пуль – послышался тоненький, становящийся все громче свист.
– Ложись!
Управляемая бомба – легла точно по цели. Их накрыло ударной волной, полетели камни. Воздух был густой и плотный, как кисель, даже в темноте – было плохо видно из-за поднятой взрывом пыли. Было тяжело дышать.
Бандиты – прекратили огонь, часть из них – накрыло взрывом, часть – были в шоке и не стреляли. Никто не ожидал такой развязки.
Князь пришел в себя первым. В конце концов – он был бывшим пилотом стратегического бомбардировщика, сам не раз сбрасывал бомбы и знал, что это такое. На курсах подготовки – их привозили на полигон во время учебного бомбометания – с тем, чтобы они могли почувствовать всю разрушительную мощь оружия, которое было им доверено. Конечно, они наблюдали с безопасного расстояния.
Багыш лежал на земле, схватившись руками за голову – он был офицером, но такое было для него слишком.
– Подъем и уходим! Собирай своих людей!
Багыш в оглушительной, установившейся после взрыва тишине – последовал за ним.
Преследовать их никто не преследовал. На рассвете – два вертолета забрали их с горного склона, чтобы доставить на корабль…
Это была первая боевая операция в горах Дофара – но далеко не последняя. Со временем – вертолетные рейды стали все опаснее, а боевой опыт группы -все больше. Группу больше не забирали после акций и не доставляли на корабль – они перешли на нелегальное положение, став одной из банд, которых в горах Дофара полно.
Дождь прошел весь следующий день и еще половину дня. Все дороги – а здесь там, где нет гор, есть песок и глина, скверное сочетание – развезло, в горах, в самых разных местах – свирепствовали горные потоки, неся за собой валуны с человеческий рост, вырванные кустарники, с огромным трудом нанесенную наверх землю с террас, трупы животных, а иногда и людей. Река вышла из берегов, бесновалась можно сказать у самого порога. Герб Финли перенес рацию на второй этаж, и они несколько дней не проводили полноценных сеансов связи, ограничиваясь коротким условным подтверждением, что все в порядке. Слава Господу, еды было вполне даже достаточно…
Через день после превращения дождя – вода начала потихоньку спадать, а еще через день – выглянуло солнце и вода начала спадать еще сильнее. На третий день – они вышли на улицу, и обнаружили неподалеку от своего ограждения раздувшийся до предела труп подростка лет двенадцати – тринадцати, одетого в одежду горцев. Его принесло водой и от чего он погиб – понять было невозможно. Сэр Роберт предлагал его отдать местным – но Финли только хмыкнул, и сказал, что если так сделать, местные просто бросят его в реку: отношения между местными и горцами не отличались теплотой, одни были замешаны в грабежах и налетах, вторые обирали первых как могли и хотели. Потому – они полдня копали в мерзкой, хлюпающей земле некое подобие могилы, а потом положили туда труп, обернув его чистой мешковиной, и Герб Финли прочитал Фатиху.[68] Местные видели это и не вмешивались – но делали свои выводы. Уважение – здесь оно зовется "намус" завоевывается долго, десятками мелких правильных дел – а теряют его чаще всего в одно мгновение и раз и навсегда…
