– Я попробую, – кивнула Элена.
– Тогда мы с Чо возвращаемся в книгу. Нужно распределить магию этой луны на все три ночи.
Ведьма закусила губу. Ей не хотелось, чтобы Фила исчезала.
Призрак Филы приблизился к ней.
– Все будет хорошо, дитя мое, – прошептала тетушка на ухо Элене. – Но запомни, что я тебе скажу. Раздели свою ношу. За твоей спиной человек из стандийской стали. Положись на его помощь.
С последним словом тетя Фила улетела, возвращаясь в раскрытую книгу в руках Эр’рила. С исчезновением ее светящейся фигуры ночь стала казаться более темной и пустой. Остались лишь Элена и Эр’рил.
– Что тетя Фила шепнула тебе на прощание? – спросил воин равнин, возвращая девушке дневник.
Прикоснувшись к его пальцам, Элена приняла книгу.
– Посоветовала мне согреться.
Заступив на охрану лагеря, Тол’чак присел у обрыва, глядя на залитую лавой долину. Жар вздымался снизу, будто дыхание огненного зверя, но огр не искал прохладного убежища. За рекой раскинулось королевство д’варфов, и, хотя у него не было волшебного рубина, чтобы указывать путь, Тол’чак знал – его цель где-то там. Услыхав рассказ о Мимбли Тридле и шахте Ги’холлманти, он понял, что должен обязательно побывать в тех древних выработках. Ему надо выполнить последнюю просьбу отца и возвратить сердце-камень туда, откуда его добыли.
Но зачем? Почему? Как возврат камня может помочь снять проклятие Погибели с его народа? Имеет ли это какое-то отношение к его предку, Клятвоотступнику, который совершил великое предательство по отношению к земле?
Неподалеку камень стукнул о камень – кто-то приближался. Тол’чак взглянул на луну, которая скоро должна опуститься за горы. Наверное, Элена уже закончила советоваться с духом из книги. Он молился, чтобы ведьма нашла хоть какой-нибудь способ преодолеть ущелье. Иначе все его надежды разлетятся в прах.
Из темноты возникла невысокая фигура, которая ковыляла к нему, тяжело дыша.
– Мастер Глыба! – послышался знакомый голос. – Я вижу, ты нашел уголок потеплее, чтобы скоротать сегодняшнюю ночь! Зачем разжигать походный костер, когда под боком у нас никогда не гаснущий очаг.
Тол’чак вздохнул. Он узнал Магнама, самого молодого из д’варфов.
– Что-то произошло?
– Ничего, что удивительно для этих проклятых земель. – Магнам поравнялся с огром, хмуро озирая ущелье. – Должен заметить, мелкий ворг с жабьей мордой выполнил свою часть сделки. Старая знахарка утверждает, что капитану здорово полегчало после тех вонючих припарок, жар поутих. Остатки зеленой дряни она сейчас сушит у костра.
– Если Джеррику полегчало, это хорошо.
– Ага! Слыша твой ворчливый голос, я понимаю – ты готов прыгать от радости.
– Что ты ко мне пристал? – Тол’чак повернулся спиной к д’варфу.
Магнам снял с плеча сумку.
– Тут немножко теплого мяса и сморщенных репок.
Огр неразборчиво буркнул что-то.
– Всегда пожалуйста! – Маленький д’варф уселся рядом без приглашения.
Не обращая внимания на еду, Тол’чак продолжал смотреть в ущелье.
– Может, тебе лучше выговориться? – неожиданно спросил Магнам.
– С чего ты взял?
– С тех пор как мы разбили здесь лагерь, ты спокоен, как свинья в зарослях крапивы. Я пришел нарочно, чтобы удостовериться, не вздумал ли ты переправляться через огненную реку вплавь.
Тол’чак сердито покосился на докучливого д’варфа.
– Я изучал карты. – Магнам откинулся назад, опираясь на руки. – Она находится во-он там, если тебе, конечно, интересно.
– Что?
– Пик Ги’холлманти. Гора старого безумца Мимбливада.
– Где? – Огр вытянул шею.
– Обещаешь не прыгать с утеса в огненную реку и не мчаться туда?
– Где? – переспросил Тол’чак.
– Прямо за тем пиком. – Магнам вздохнул и показал пальцем. – Видишь гору, похожую на кривой клык?
Тол’чак прищурился, ему мешал яркий свет из разлома. Да, трудно не разглядеть… Д’варф указывал на один из самых высоких пиков, устремившийся прямо в небо. Казалось, луна цеплялась за его заостренную вершину. Так вот ты, Ги’холлманти, Пик Скорбящего Сердца, место, где родились и сердце-камень, и эбеновый камень, колыбель, из которой Темный Властелин шагнул в этот мир.
Огр приблизился к краю скалы.
– Эй, ты помнишь, что обещал? – нахмурился Магнам. – Никаких прыжков в погибельное пламя!
Прежде чем Тол’чак успел ответить, позади раздались голоса. Говорили быстро и взволнованно. Огр обернулся и увидел, что почти все его спутники поднимаются по склону к нему. Впереди шли Элена и Эр’рил.
– Мне кажется, ты должна еще раз все взвесить, – настаивал Эр’рил.
– Скоро утро, и луна зайдет, – возражала ведьма. – Мы и так долго спорили. Я считаю, нужно попытаться немедленно.
– Но ведь это непроверенная магия. Ты никогда еще не использовала такую мощь. Может быть, не стоит торопиться?
Они поднялись к посту Тол’чака в сопровождении Веннара и еще четверых д’варфов. Наверное, Мама Фреда осталась наблюдать за больным Джерриком, подумал огр.
Когда Элена приблизилась, Тол’чак увидел произошедшие в ней перемены.
И Магнам тоже. Маленький д’варф охнул:
– Добрая Матушка! Ты покраснела до самого подбородка.
– Что произошло? – спросил Тол’чак, когда его товарищи приблизились.
