Они взвились вверх, жужжа и стрекоча крыльями, туча насекомых устремилась на непрошенных гостей. Надоедливые твари облепили людей, залезая под одежду, тычась в глаза, нос, уши. Все трое, отмахиваясь и отборно бранясь, выбежали на улицу, испытывая огромное омерзение. Прохладный воздух тайги показался им чудеснейшим из ароматов.
– Бегом в часть! – приказал сержант, – Тревога номер один!
Тайга, 59 км от в/ч № 29 119. 18:07.
Старый «Днепр» несся по ухабам каменистой таежной дороги, он выкладывался на все сто, но этого было явно недостаточно. До заката оставалось едва ли два часа, примерно столько же немощный мотоцикл будет ехать до моста. Стальной конь уже несколько раз тревожно чихал, но двигатель справлялся с нагрузкой, и, рыча, двигал машину вперед.
Каждый раз Утиляк тревожно качал головой, Давдан напряженно цеплялся руками за поручни, один только Вольгул оставался безмятежным, думая о чем-то своем. Случай – великая вещь, а иногда – трагедия. Так вышло и на этот раз, когда переднее колесо наехало на кусок ржавой колючей проволоки.
Звук лопнувшей шины прозвучал нелепо и тревожно, мотоцикл занесло в сторону, но Утиляк не позволил ему опрокинуться. Хоть обошлось без травм, но мотоцикл дальше ехать не мог. Требовалось запасное колесо, а его не имелось.
– Пойдем через тайгу по кратчайшему пути, - сказал Вольгул, - За два часа нужно пройти чуть больше двадцати километров, если успеем – спаслись, если нет, значит...
– Обязательно успеем, - заверил Утиляк, - Но вот как быть с мостом?
– Мост до темна мы уже свалить не успеем, - ответил Вольгул, - Но заклятие на воду наложить сможем, это задержит его на день, а завтра разберемся с мостом.
В/ч № 29 119. 19:42.
Рябинин очнулся от того, что кто-то тряс его за плечо. С трудом он открыл глаза и уже знакомый туман забвения зашевелился в усталом и опьяненном мозгу.
– Товарищ капитан, там пришла группа сержанта Карликова, - возбужденно сообщил дневальный, - Все кричат, как полоумные, руками машут, толком ничего не говорят, а требуют вас и про какую-то тревогу твердят.
– Сейчас спущусь, - пробормотал Рябинин и пошевелил непослушной рукой. Он уже отказывался что-либо понимать в происходящем.
Дневальный ушел, а капитан все сидел, тупо глядя в одну точку, воспаленный ум сам искал спасенияиз туманной дымки. Из дверей вышла Наталья, от нее исходила явно ощущаемая какая-то энергия непонятная и подавляющая.
Похоже, что это она давно подчинила волю Рябинина. Он равнодушно посмотрел на неотразимую красавицу, ее образ что-то напоминал ему, но что именно, капитан уже не смог вспоминать, им овладело безмятежное равнодушие.
– Тебя ждут, - проворковала она.
– Пускай, - эхом отозвался он.
– Выйди к ним, дорогой, - обняв, попросила Наталья. – Ты ведь их командир.
– Мне все равно.
– Нет, милый, - ласкалась к нему Наталья, - Выйди, это будет последний выход, более нам уже никто не помешает.
– Ладно, выйду, - механически согласился Рябинин.
– Они тебе поведают о смертях, - осторожно начала Наталья. – А ты…
– О чьих смертях? – тон капитана был абсолютно равнодушным, даже взгляд не переместился.
– Нашли твою жену и детей.
– Эта дура мертва? – изобразил подобие удивления капитан.
– Да. И дети тоже.
– Они не мои дети.
– Я знаю…
– Откуда?
– Я все о тебе знаю.
– Понятно, - поднялся Рябинин, - Я пойду.
– Скажешь, что поиски новые начнешь завтра, - наставляла его Наталья.
– Почему завтра?
– Потому что
– Понятно, - все тем же монотонно-отрешенным голосом произнес капитан.
Он вышел, хлопнув дверью. Наталья знала, что Рябинин выполнит все, как она велела. Теперь он принадлежал ей, только ей и только это имело теперь значение.
Тайга. Косой мост. 20:14.
Они добрались до речки, когда солнце уже венчало верхушки гор. Золотой закат оживил пейзаж засыпающей осенней тайги, но им было не до красот. Запыхавшиеся, усталые, с воспаленными от ветра лицами, они молча пересекли бревенчатый настил с перилами с одной стороны, прогнувшийся от веса изредка проезжавших машин и покосившийся от времени и непогоды.
– Добрались, - задыхаясь, сел на противоположном берегу Утиляк.
– Слава Богу, - выдохнул Давдан.
– Вы отдыхайте, - бросил им Вольгул. – А я займусь делом, у нас есть минут восемь до захода.
– А потом? – спросил Давдан.
Вольгул, не отвечая, спустился к воде.
В/ч № 29119. 23:15.
Последние события всполошили весь личный состав, кроме одного человека – капитана Рябинина. Он спокойно воспринял весть о гибели жены и странных смертях трех военнослужащих, объявив, что поиски возобновятся завтра. В этом был резон: искать что-то в темноте смысла не имело, сообщить о случившемся – тоже невозможно.
Все источники связи оказались отключёнными по непонятной причине. Одно и самое важное обстоятельство наводило более всего тревоги: капитан, лишившийся жены и детей, судьба которых также была неизвестна, оставался сверхспокойным.
– У него переживальческий шок, - поставил диагноз прапорщик.
