Он находился в комнате, маленькой, как коробка, с голыми белыми стенами и единственным окном, завешанном шторами. Андреев поднялся и превозмогая похмельную слабость подошел к окну, неаккуратно отдернул занавеску и… За ней не было ни окна, ни даже выемки, а просто голая стена.
Он отшатнулся от нее и в страхе оглянулся в поисках двери. Она оказалась за спиной без ручки, замочной скважины из цельного листа железа. Андреев сел на корточки и обнял голову, задумался о своем положении. Долго думать не пришлось.
Дверь отворилась со слабым скрипом, но Андрееву показалось, что кто-то выстрелил из пушки. Он подскочил и попятился к стене. Вошли трое: два здоровых молодых человека и женщина. Мужчины выглядели как близнецы: одинаковые костюмы, галстуки, ботинки, черные очки, прически, один и тот же рост, равная ширина плеч, одинаковое воскоподобное ничего не говорящее выражение лиц.
Они молча пропустили женщину, тоже всю в черном и черных очках, ее красивые черты лица показались Андрееву очень знакомыми, но хмельной дурман путал все мысли. Она кивнула головой, и телохранители двинулись вперед. Илья позволил им связать себе руки и завязать глаза.
Его повели куда-то вниз по ступенькам, скрипящим и прогибающимся, запахло сыростью и плесенью прогнивших досок, шаги колыхали эхо. Открылась еще одна дверь, дохнуло прохладой, под ногами почувствовались кочки и камни, зашелестела трава.
Хлопнула дверь от машины, затем еще одна, Андреева впихнули на заднее сиденье между здоровяками. Машину завели, и она мягко тронулась, в салоне было холодно и пахло, как в склепе. Они ехали долго, иногда их обгоняли, иногда машину трясло на ухабах…
Наконец двигатель замолчал, дверцы захлопали, Треева выпихнули наружу. Воздух был пропитан влагой. Где-то вдали шумели на ветру деревья, но в целом вокруг висела тишина. Его повели по дорожке, усыпанной щебнем, затем под ногами уминалась земля и глина, несколько раз он запнулся обо что-то железное. Вот его остановили, взяли за плечи и развязали глаза.
Вокруг была ночь, звездное небо, какие-то непонятные строения вокруг со слабым металлическим отблеском, тьма не позволяла более разглядеть что-то. Задул легкий ветерок, и вдруг все осветило желтым светом – на небе воцарилась хозяйка ночи Луна.
Андреев с ужасом понял, где находится – это было кладбище, а перед ним расположилась могила Сергея, вся в венках и цветах. Женщина сняла очки и посмотрела вокруг, и снова одела их. Андреев узнал ее и онемел.
– Да, это я, - сказала она ему, уловив пристальный взгляд на себе.
– Сомневаюсь, - просипел Андреев.
– Напрасно, - улыбнулась она, - Я все та же.
– Нет, - глухо отрезал он, - Прежняя Наталья Отехова осталась там, а здесь я вижу только ее тело. Ты продалась
– Ладно, - помрачнела она, - Хватит болтать, дело ждет. Зачем здесь, знаешь?
– Ясно, что не по грибы да ягоды…
– А ты шутник, - заметила она со скрытой угрозой, - Твой друг тоже все шутил, а теперь мы на его могиле стоим…
– Так это ты!.. – он рванулся, но ощутил, как затылок, плечи сжали чудовищной силы пальцы.
– Да, я.
– Сволочь!..
Она опять улыбнулась:
– А когда-то говорил, что нравлюсь.
– Вот именно –
– Ну, поговорили и будет. Бери лопату и копай, а если…
– Что если?
– Будешь упрямиться, умрешь медленно и больно, а потом мы прибьем всех, кто тебе дорог. Веришь, что исполним угрозу?
– Верю…
– Похвально, тогда бери лопату и копай! Да не дури, мои «кинг-конги» давно жаждут свернуть тебе шею.
Андреев нехотя взял инструмент и вонзил железо в мягкую глинистую землю. Он мысленно попросил прощения у Сергея за этот вандализм. Копалось медленно, хоть там и мягкая земля была, но быстро работать не хотелось. Не хотелось раскурочивать могилу друга, не хотелось докапываться до цели. Быстро копаешь – быстро умрешь – вот такая была перспектива, а громилы стерегли каждое его движение.
– Быстрее, - поторапливала Наталья.
– Я – не экскаватор…
– Не хами, парнишка, а копай быстрее.
Андреев уже изрядно вспотел и протрезвел, когда лопата гулко ударила по крышке гроба.
– Вскрывай гроб, - приказала она.
– Ну, уж нет, - крикнул он ей из ямы, - Хоть убивайте – не буду!
– Не волнуйся, убьем, - заверила она и махнула одному из громил.
Тот кивнул и спрыгнул в яму. Андреев прежде никогда не видел, как двумя ударами чудовищного размера кулаков пробивали деревянную доску. «Кинг-конг» отбросил обломки в сторону и, слегка присев, выскочил из ямы. Сверху донеслось:
– Снимай
– Выражайтесь точнее, - съязвил Андреев и удивился собственной наглости в подобной ситуации.
– Сними то, что надел днем на его шею.
– Так вот зачем я понадобился, - воскликнул Андреев, - Ты хочешь снять заклятие, чтобы выпустить
– Ты удивительно догадлив, - сказала она и бросила ему железную банку, - Положи его сюда и вылезай сам.
Треев дрожащими руками снял с шеи покойного шнурок с чехлом, но положил его не в банку, куда насыпал камней, а снял чехол и зажал нож в кулаке. С большим трудом он выбрался из разграбленной могилы, женщина и громилы окружили его. Она протянула руку:
