Я рад началу путешествия, доволен и неожиданным знакомством с загадочной хозяйкой песчаного жилища. Только в далекой глубине души затаилось и тревожит чувство вины за разорение ее единственного сокровища, ради которого живем мы все, порожденные великой эволюцией жизни.
Прости меня, милая труженица сыпучих и жарких барханов великой и суровой пустыни!
Сегодня мы проехали совсем немного, каких-нибудь тридцать километров и опять остановились на берегу озера Балхаш. Здесь все кусты оказались сизыми от множества облепивших их поденок. Нежные и стройные, они не то, что ветвистоусые комарики, не взлетали при моём приближении, а тихо сидели на ветвях. Возле них летали птицы, и копошилось множество пауков, муравьев, ящериц.
Погода в этом году стояла необычная. Конец мая, а жарких дней еще не было, часто перепадали дожди. Мы нередко зябли и грелись у костра.
Я терпеливо переносил похолодание, так как знал, что скоро наступит жара, и тогда мы будем мечтать о минувшей прохладе. К тому же с прохладой легче справиться: теплее одеться, погреться возле костра. Когда же царит испепеляющая жара, и нет нигде тени, что тогда делать?
Сегодня к вечеру небо заволоклось тучами. Стих ветер, и потеплело. Озеро застыло, стало как зеркало. Очень далеко над горизонтом полыхали молнии, шла гроза. Угомонились крачки. Не было слышно и цокания козодоя. В наступившем молчании чувствовалось неопределенное ощущение тревоги. Когда стало темнеть, послышался легкий шорох крыльев: тучи поденок поднялись над озером и ринулись на берег. Родилось новое поколение взрослых.
Вначале мы изо всех сил отмахивались от наседающих на нас насекомых. Потом, признав свое поражение, спрятались в палатки.
Поденки будто обезумели. Они садились на все, что возвышалось над землей. Им будто непременно нужно было забраться на что-то твердое. Земля не подходила для этой цели. Стоило только на секунду высунуться из палатки, как они мгновенно обседали со всех сторон, щекотали кожу, забивались в волосы, заползали в уши, в нос. Рта нельзя открыть ни на секунду. Что стало с брезентом, который покрывал кузов машины! При свете электрического фонарика он представлял собою необычное зрелище, и от множества прижавшихся друг к другу насекомых казался лохматым. Одни поденки сидели неподвижно, другие пытались усесться, разыскивая свободное место. Но его не было.
Ночью над далеким горизонтом все еще полыхали молнии. Но гроза прошла стороной, лишь иногда крупные капли дождя падали на палатку.
Утром поденки так и остались на машине. А все кусты берега стали от них серыми.
Почему наши маленькие мучители просидели всю ночь на машине, почему бы, по обычаю поденок, в эту душную ночь не отпраздновали брачную пляску, не отложили в воду яички и на этом не покончили со всеми жизненными делами?
Но думать об этом было некогда. Наспех собравшись, тронулись в путь. Думалось: сейчас при первом же ветерке или встряске от ухаба поденки слетят с машины, освободят кабину, очистят и все экспедиционные вещи. Но ничего этого не произошло. Поденки продолжали путешествовать с нами и упорно не желали расставаться с машиной. Впрочем, их становилось как будто меньше, кое-кто поднимался в воздух. Вот одна поденочка села на руку, потом как-то странно задергалась, сжалась в комок и расправилась. На ее груди лопнула кожа, и через разрыв, медленно сбрасывая с себя шкурку, с трудом вытягивая ноги и крылья, стала выходить новая поденочка. Вскоре она освободилась от своей старой одежки, посидела немного и, вспорхнув, вылетела в окно кабины, оставив на руке продолговатый серый комочек.
Так вот почему вчера вечером поденки бросались на все твердое и устойчивое, старались забраться повыше над землей, подальше от кишащих на ней всяческих поедателей: ящериц, пауков и муравьев! Из куколки, плавающей в воде, выходит еще не совсем взрослая поденочка. Но в книгах пишется, что переход от этой стадии во взрослую совершается быстро, почти сразу же после выхода из воды.
Рассматриваю кузов машины. На нем теперь немного поденок, зато всюду виднеются серые продолговатые комочки линочных шкурок.
