Серые волосы блеснули в блеклом лунном свете и, сделав шаг вперед, Давид с невинной улыбкой придержал спадающие штаны, зажимая той же рукой рубашку и пальто.
— Дико извиняюсь, но я вынужден просить о помощи.
Растерянно взглянув на полуголого беллаторца, я встала с кровати и подошла ближе к трости у письменного стола.
— Не понимаю, чем я могу здесь помочь…
— Каин вернулся слишком рано, Гани рассчитывал, что он появится лишь поздним утром, поэтому позволил мне остаться, несмотря на запрет приводить в дом любовников.
— Впервые слышу о таком запрете.
— Полагаю, никто не рассчитывал, что ты сможешь себе кого-то найти.
Поморщившись, я потерла шрам на лице, но вынуждена была согласиться. К тому же, всех моих ухажеров явно перепугал бы папочка.
— Ганим сказал, у тебя есть балкон, и я через него смогу выйти, чтобы остаться незамеченным. Еще раз прошу прощения за такой поздний визит, просто не хотел доставлять твоему брату проблем.
Расслабившись, я кивнула и хотела было пройти к балкону, но чужие шаги в коридоре заставили мое сердце похолодеть. Боже, если Каин увидит Давида в моей спальне в таком виде, я в жизни не докажу, что мне его подбросили.
— В шкаф! Быстро!
Подлетев к платяному шкафу в стене, я открыла дверцу и дождалась, пока мужчина нырнет внутрь, завесив его парой платьев. Затем пробежала к балконной двери и распахнула ее, сделав шаг вперед.
В этот момент, постучавшись, но не дожидаясь ответа, Каин вошел в мою спальню, несколько удивленно заметив меня у дальней стены.
— Серафина? Что-то случилось?
— А? Нет, все в порядке. Я проснулась от шума во дворе, думала, может вор пробрался или какой-то зверь, но, наверное, я услышала твой приезд.
Некромант устало потер веки и подошел ближе. Бессонные ночи сказались на нем не лучшим образом, обозначив синяки под глазами и еще сильнее прочертив складку губ.
— Я пришел пешком.
— Значит все-таки зверь?
— Не знаю, но я слышал незнакомый голос, у тебя точно все в порядке?
— Да, вполне.
Пожав плечами, я прикрыла дверь балкона и накинула на плечи теплый халат.
— Ты надолго домой?
Мужчина поморщился и, тяжело вздохнув, пошел к выходу.
— Нет, к сожалению, но если ты хочешь поговорить, то я найду время.
— Хочу поговорить, о древе.
— Тогда через полчаса на кухне, не усни только.
Каин вышел из комнаты, а я, дождавшись, пока его шаги стихнут, вернулась к шкафу, открыв его.
— Так, балкон открыт, выметайся отсюда.
Давид выглянул из проема, сдвинув вешалки, но вместо того, чтобы выйти, дернул меня за руку к себе, впившись в губы поцелуем.
— Нам некуда торопиться.
В ужасе вздрогнув, я отвесила ему звонкую пощечину и постаралась посильнее оттолкнуть мужчину. К горлу подкатила тошнота, зубы скрипнули от злости, но я быстро выбралась из шкафа, подхватив трость у стола.
— Только посмей еще раз ко мне прикоснуться.
— Боги, я только хотел поблагодарить тебя, Серафина, ты такая нервная. Неужели ты меня испугалась?
Беллаторец сделал шаг в комнату и, невинно улыбнувшись, поднял руки.
— Я бы не сделал тебе больно, у меня довольно большой опыт, и я умею доставить удовольствие, можешь спросить у Гани. Или… ты, может, еще не была с мужчиной? Отец, наверно, неплохо присматривает за тобой.
— Вон отсюда…
— Хорошо-хорошо, я больше не трону тебя, даю слово. Опусти, пожалуйста, трость, я чувствую в ней некрос, это может быть опасно.
— Только для тебя, Давид.
Сдвинув рукоять, я достала клинок, чувствуя, как он нетерпеливо пульсирует в моей руке. Беллаторец, вмиг став серьезным, быстро натянул на себя рубашку и поспешил выйти на улицу, поглядывая на блестящее в лунном свете лезвие.
— Приятной ночи.
Пройдя к перилам, он огляделся и, зацепившись за них, осторожно спрыгнул вниз, позволив мне закрыть дверь и наконец-то убрать оружие.
Сердце зашлось в отчаянном ритме, я искренне поблагодарила Ньярла за его учение и дар, что он мне вручил. Ненависть, словно внутренний стержень, дала мне силы не паниковать, а достойно ответить на действия Давида.
Софи, тебе стоит умыться и привести себя в порядок.
Я знаю… да, сейчас.
Отложив трость, я глубоко вздохнула и прошла в ванную, сполоснув лицо холодной водой. В зеркальном отражении мне почудилось, что глаза стали ярче, но это наваждение быстро исчезло.
— Стоит заранее заварить чай, Каин явно еще более уставший, чем я.
Вытерев лицо, я поспешила выйти из комнаты и спуститься вниз, на кухню. Там, включив небольшое бра на стене, я покопалась в ящиках Аван и засыпала в чайник черный чай с чабрецом. На плиту, прогреваемую с помощью магии, поставила кипятиться воду и невольно засмотрелась на рисунок заклинания. Небольшой металлический блин, расчерченный аккуратной схемой с ограничениями мощности и распределением тепла, чуть краснел от направляемой мной энергии, но под ним располагалась стандартная печь для дров, чтобы обычные люди тоже могли готовить. Мысли лениво сменяли друг друга, пока грелась вода, а сознание неожиданно посетил вопрос.
Будет ли нагреваться браслет, блокирующий магию, если ее будет слишком много?
— Скоро такие посиделки станут традицией.
