Я понимала, что сейчас должна завязаться драка. На самом деле Ньярл и Каин здесь выглядели достаточно сильными противниками и могли бы выиграть до прихода светлого короля, но что-то явно пошло не так. Настигнув эльфа, некромант совершенно точно ударил его, покрыв магией небольшой полуторный меч, но лезвие не только не тронуло короля, но и разбилось, как стеклянные стрелы Избранной. Металлические осколки со звоном упали на каменный пол. Чувствуя, что Каин не сможет закрыться от следующего удара, Ньярл попытался увести его малым перемещением, хотя бы на пару-тройку метров назад, но заклинание не сработало. В ужасе он вновь посмотрел на книгу, неужели она недостаточно далеко? Отбирая последнюю возможность помочь, светлая сделала выпад вперед, ударяя не слишком сильно, но достаточно, чтобы отвлечь Ньярла, заставив защищаться. Маг взмолился, чтобы Каин смог пережить этот удар, и тут же ощутил, как чужая боль хлестнула по напряженным нервам.
Не выдержав, Ньярл выбросил в эльфа свой золотой клинок, лезвие вошло в предплечье короля, заставив его отдернуть ладонь от Каина. Магия, мучившая некроманта, отступила, и маг всего на миг почувствовал облегчение, пока оно не сменилось осознанием собственной боли.
Рвано выдохнув, Ньярл опустил голову к рукам Избранной, сжимающим рунный клинок в его груди. В полутьме Храма кровь показалась совершенно черной, и, капая на ониксовый пол, она напомнила ему другую сцену, где он так же, полный сожалений, принял чужой выбор своей смерти.
Светлые глаза с удивлением взглянули в глаза Ньярла. Девушка явно рассчитывала на проклятье, такие крики, что рухнет Храм или сами небеса, но в зале послышался лишь тяжелый вздох, будто уставший исполин обрел свободу. Избранная отпустила рукоять и сделала пару шагов назад, лишая Ньярла опоры, но Каин вовремя подхватил наставника, осторожно усадив его у алтаря.
— Нет-нет-нет… этого не может быть…
Прижав ладонь к ране, он постарался остановить кровь, но руны на лезвии упорно отвергали магию, не давая помочь.
— Оставь, защити себя, Каин, ты не должен сдаваться.
Подняв руку, Ньярл осторожно провел ей по лицу мужчины, улыбнувшись из последних сил.
— Не бросай сестру, она все, что у тебя есть.
— Ньярл…
Прислонив голову к алтарю, маг закрыл глаза и, собрав накопленную в камне магию, неукротимой волной отправил ее в мир, давая второе дыхание некромантам, сражающимся в городе.
Видение кончилось и чужие воспоминания отпустили меня, оставив раздрай в сердце. Наблюдать чью-то смерть, ощущая ее отчасти как свою, было жутко и странно. Глубоко вздохнув, я посмотрела на то, что осталось от алтаря. Сила Аван разделила камень на две части, время сбило его края, а люди, что все еще посещали это место, оставили на земле множество белых лилий.
На глаза навернулись слезы и, набравшись храбрости, я закрыла их, потянувшись к Ньярлу, к той темной комнате, в которой он обитал все это время.
Руки на миг похолодели, занемев, но, едва я вновь увидел алтарь, стало значительно легче. Приблизившись к нему, прикоснулся пальцами к гладкой поверхности, но едва почувствовал отклик от той магии, что когда-то хранилась в нем.
— Все аккуратно, как я учил.
Пожалев о том, что Софи не взяла с собой трость или любой другой клинок, я огляделся, вспоминая годы, прошедшие в этих стенах. Как строил его, как камень за камнем воздвигал то, что должно было служить защитой другим, как мои ученики раз за разом обретали свой путь в таком жестоком для них мире. Я никогда не был хорошим наставником, хоть и понимал, чего хотят другие, но поколение за поколением сюда приходили некроманты, помогая себе и другим.
Я помню, как привел сюда Элея, подарив ему его первый дом, Каин и Аван оказались здесь в моих руках, спасенные от смерти, Герберт с уже беременной Ив просили о помощи и защите. Даже первые робкие чувства Геспера к Мелете зародились здесь же, среди занятий магией и тени надвигающейся беды.
Смогу ли я когда-нибудь восстановить это место? Или создать нечто подобное? Как много сил для этого понадобится?
Ты уже создаешь, вместе со мной. Неужели именно этого желали боги?
Может быть.
Завершив осмотр, я прошел к лестнице и, поднявшись к жилому блоку, вышел на небольшой балкон под крышей, где когда-то любил прятаться сам. Столько лет прошло с тех пор, а это место все еще кажется самым родным здесь. Особенно в присутствии Гемеры, как тогда, перед вторжением.
Девушка сидела у перил, смотря на небо и обняв колени, заметив меня, она похлопала ладонью рядом с собой, и я покорно присоединился.
— Еще до войны дядя показал мне это место, говорил, что сюда очень удобно было забираться по карнизу, ждать, пока мама вернется с занятий, и залезать к ней в комнату через окно. Воспитатели бранились, наказывали его, а Каин все равно приходил к сестре, чтобы сделать вместе уроки, почитать вместе книги или просто поболтать.
