Погладив брата по голове, я поцеловала его в лоб, осторожно лишь самым краем силы коснувшись его разума, чтоб успокоить и дать поскорее заснуть. В лунном свете лицо парня показалось особенно бледным и до того несчастным, что я обязана была помочь хотя бы такой мелочью. А вскоре едва слышное сопение и уютное соседство сморили и меня.
В двери комнаты вновь постучали, но, открыв глаза, я поняла, что уже настало утро, хотя по ощущениям я буквально только что сомкнула веки.
Брат, явно не привыкший спать не один и на таком маленьком пространстве, занял почти всю кровать, разлегшись по диагонали и используя мой живот в качестве подушки.
— Да?
Немного придавленная весом Гани я постаралась аккуратно спихнуть брата, но парень в полудреме лишь крепче обнял меня, прячась под одеялом от солнечных лучей.
— Ганим, радость моя, дай мне открыть дверь.
— Еще слишком рано, пускай разбудят позже.
— Так дяде и передашь.
С трудом отвоевав возможность встать, я поправила пижаму и подбежала к выходу, отпирая щеколду.
— Долго же ты собиралась.
Каин быстро прошел внутрь, закрыв за собой дверь. Сегодня он выглядел так, словно решил устроить небольшой праздник, а в честь этого выспаться, надеть один из своих лучших костюмов «троек» из шерсти с традиционным двубортным пиджаком и высказать мне все накопившееся недовольство судя по хмурому взгляду и бровям, сведенным к переносице.
Критично оглядев меня, мужчина неожиданно повернулся к кровати и обратил свое внимание на Гани.
— Ты не думаешь, что это уже слишком?
Парень, словно застигнутый врасплох, стушевался и, откинув одеяло, послушно подошел к Каину, уперев взгляд в пол.
— Прости, дядя, мне просто не спалось и нужна была помощь.
Я хотела было заступиться за брата, но едва Каин заметил дрожь Гани, как вся его строгость и стальной взгляд куда-то улетучились. Протянув руку, мужчина мягко погладил парня по голове, давая понять, что больше на него не злится.
— Гани, разве я когда-нибудь ругал тебя? Не бойся, я просто переживал, ты оставил в комнате хаос и куда-то исчез еще до завтрака, горничные не нашли тебя утром в доме и обратились ко мне.
— Я… не хотел напугать, извините.
Смутившись, Гани заметно расслабился и позволил себе улыбнуться уголками губ. Каин тем временем перевел взгляд на меня.
— Сегодня в Кадатском театре будет представление, если у тебя нет других дел, то я бы предложил вечером нам всем вместе сходить туда.
— Я не против, только не знаю, что мне надеть.
— У тебя осталось восхитительное платье с банкета в поместье. Мало кто его видел, и еще меньше остались после этого в живых, — искоса глянув на шею Ганима, мужчина чуть коснулся на ней. — Ты вновь кого-то нашел?
— Н-нет, это так, мимолетное увлечение.
— Если хочешь, можешь пригласить его, крайне интересно познакомиться с этим человеком. Будьте готовы к пяти вечера, я заеду за вами после работы.
Каин, вежливо кивнув, вышел из спальни, закрыв за собой дверь, пока я пребывала в некоторой растерянности, а брат заливался краской и, кажется, почти физически умирал со стыда.
Остаток свободного времени пришлось посвятить подготовке к театру и сведению синяков с шеи Гани, в надежде, что больше никто не заметит отметин от одной единственной бурной ночи. Парень вновь проклинал себя за эту глупость, но выглядело все так, будто он пытается убедить себя в ней, то и дело одергивая подспудное желание выглядеть привлекательней в надежде на то, что Давид сам приедет в театр.
К пяти часам дня все приготовления оказались завершены, и я вновь втиснулась в столь полюбившееся Каину угольное платье с высоким горлом, длинными рукавами и юбкой карандаш, подчеркивающей мои бедра. У зеркала собрала волосы в высокий хвост, прицепив к нему небольшую шляпку с вуалью на лицо и завершила образ красной помадой.
— Боги, как же давно я никуда не выходила, наряжаясь и приводя себя в порядок.
Вновь чувствуешь себя девушкой?
Можно и так сказать. Просто хочется иногда примерить другой образ, будто я не замученная жизнью девица, а светская львица, пришедшая в театр покрасоваться. Как-то даже забываешь, что уже завтра придется вновь разбираться с чужими проблемами.
Не такие уж они и чужие.
Я знаю, но сам посуди. Меня должна касаться только академия, а я вместо завершения расчетов и чертежей должна разбираться с новыми родственниками, каким-то кабелем, жизнью мертвого некроманта и хотелками своего нового папочки.
Я понял тебя, но прошу заметить, что все довольно взаимосвязано, ты зависишь от Блэквудов, и им нужна твоя помощь.
Ньярл, я понимаю, но в последнее время очень много всего происходит, как ты и обещал, и времени на академию крайне мало. Многое уже продумано, но еще больше нужно довести до ума, и я хотела бы, чтобы основное здание выглядело особенно.
И как же?
Я хочу, чтобы оно напоминало скелет левиафана.
Подхватив перчатки, я спустилась вниз к выходу из дома и сняла с вешалки подготовленный кейп, пока Ньярл пытался раскопать в моей памяти упоминание чудовища.
Это… очень странное существо. Ваш бог его создал?
