Маленький оператор, которого я не стал разглядывать и узнавать, моментально вскочил с алюминиевого стула, и больше я его в этот день не видел. Лев принёс стул от соседнего терминала, сел рядом. Старик Киран встал с другой стороны.
– Киран, сядьте, – сказал я, осматривая пульт.
– Нет, спасибо, Старшина.
– Кто принял MD, конкретно? – спросил я.
– Автомат этого терминала. Безадресное сканирование. В 40.05 UTC.
Я упорядочил комнаты на мониторе, как мне было привычно, пустил события реального времени под автофайл, на тайм-шкале прокрутки нашёл отметку MD, отмотал и отжал паузу.
Сигнал действительно подал не автомат. В аудио он звучал так: !!!MAYDAY!!! – 39.05 UTC – НАД ЧЕТВЁРТОЙ – НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ВХОД В АТМОСФЕРУ – БС – БС – УПРАВЛЕНИЕ НЕДОСТУПНО – НА БОРТУ ПЯТЕРО – Я… Собственно, всё. Я прогнал весь имеющийся пакет сигнала бедствия по диагносту. Координатный, телеметрический, адресный, медицинский потоки, синхронные с аудио, были пусты, даже колонтитулы зияли нулями. Как будто рация работала напрямую с консоли, а не через БВС. Впрочем… «НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ВХОД В АТМОСФЕРУ»… То есть в рубке был человек, отдавал приказания, а ГЛАВНАЯ их игнорировала. Странная машина. И сигнал оборван – будто вилку выдернули. Или антенна сорвалась. Баллистический спуск…
– Я бы не взялся это комментировать для новостей, – сказал Лев.
– Погоди-ка, – сказал я, колотя по клавишам. Выскочила у меня на монитор диспетчерская комната ЦУП Форта. Зелень по всем позициям. Я решил не верить глазам, уточнил время события и запросил полный срез. Подтверждая команду, я вспомнил, что Картер говорил про блокирование маяка, но выяснилось, что блок с НРС-станции уже сняли, и Форт (Город) ответил всего лишь с нормальным административным запаздыванием. Адаптированный Регистр Ллойда в промежутке с полудня до 20 UTC сегодня решительно ничего страшного с бортами Палладины не наблюдал. Ещё через несколько секунд пульт спикнул, сообщая, что в поле АРЛ пришёл стафет от автомата-оператора: «ЭКВАТОР-4, СООБЩИТЕ ПРИЧИНУ ЗАПРОСА ТАКОГО-ТО „НАУМУ ЧЕРНЯКОВУ“».
Я чертыхнулся.
– Киран, наберите своей рукой: причина запроса: «тест-пасс», сбой по схеме… не помню номер… схема «регистрация общая»…
– Схема «0056-21», – сказал старик.
– Вот-вот, наберите своей рукой, – сказал я. Киран наклонился и что-то за полторы секунды настрочил ответ и отправил.
– Нужно быть осторожнее, Дик, – пробормотал Лев.
– Кто бы стал спорить, но не я, – сказал я. – Так. Раз уж мы в АРЛ влезли грязными ногами, давай посмотрим, кто у нас в системе где.
Рулон списка малых кораблей Палладины развернулся на мониторе.
a) WASA_RL162354_ен-5355_01 – «НЕЛЮБОВ-ИТК». Порт Птица-2, Четвёртая. Работы по расписанию «ноль».
b) WASA_RL162939_ен-5355_02 – «КАРУСЕЛЬ-ТКS». Порт Птица-2, Четвёртая. Работы по расписанию «ноль».
c) WASA_RL162231_ен-5355_03.1 «БУДАПЕШТ-ТМ». Порт Город, реставрация системы климатизации, окончание работ – следующая пятница.
d) WASA_RL162230_ен-5355_03.2 «ОК-ТМ». Рейс 138-16, Город – 4/ЕН-5355. Стартовал в полуриман тогда-то. Расчётное время прибытия на целевую орбиту Тройки – сегодня в 18.55. Контрольная связь – 18.00, по предфинишу.
e) WASA_RL162354_ен-5355_04 «КРУГОЗОР-ТКМ». Рейс 115-67, Город – Башня – Город. Под кислородом. Стартовал от Башни 57.02.03.09.122 UTC. Контрольная связь прошла всего полчаса назад, текст: ВЫПОЛНЯЮ РЕЙС, ВСЁ В ПОРЯДКЕ, ПАЯНДИН.
– Не стоит дальше, – сказал Лев. – «ОК». Вот он.
– Киран, два вопроса, чтобы я не искал в открытой сети, – сказал я.
– Слушаю, Призрак.
– Мальчик Картер высказал предположение: бедствующий объект есть «ОК-ТМ». Основания?
– Грузовоз без контрольной связи до 18.55. Единственный объект, не подтверждаемый впрямую откликом. Мы проводили прямой опрос, Старшина, именно после него НРС-ctrl Экватора-4 блокировался с «Наума Чернякова» почти на час. Кроме того, только «ОК» рейсует к Четвёрке. В аудио MD прямое указание на Четвёрку, Старшина.
– С Птицами Четвёртой вы, конечно, связаться и не пытались, – сказал Лев.
– После того, как был поставлен блок, конечно нет, сэр.
Я снова вызвал сигнал на монитор. Станция НРС, транслировавшая сигнал, к счастью, была модифицирована, голос абонента не подвергался протезированию войс-агентом. Конечно, голос был искажён, но модулирован, на слух, достаточно, чтобы можно было попытаться идентифицировать обладателя. Я поискал в комнатах нужную библиотеку, но обнаружил лишь архивную ссылку.
Я встал от пульта и приказал:
– Библиотека списочного состава системы. Киран, выставьте её в доступные комнаты.
Киран сел и задумался.
– Что такое, Киран? – спросил Лев.
– Я не уверен, что в базовых массивах маяка она есть, – сказал старик. – Как бы не у Города её запрашивать.
– Что за чушь, Киран, – сказал Лев. – Конечно есть. Я точно помню, в материнской базе каждого маяка есть файл «досье». Ищите. Дик, а ты заметил, что Форт в официальных документах именуется теперь Городом? – обратился он ко мне вполголоса.
– Заметил, – сказал я.
– Быстро они, да?
– Быстро.
