Славка как будто чувствовал – в его жизни что-то не так, словно знал, что мир для него не будет прежним. Возможно, заплаканная бабушка натолкнула на невеселые мысли или предчувствие какое-то, не знаю. В общем, с уверенностью не могу утверждать ни того, ни другого, только весь вечер он ластился, называл меня по имени и очень много болтал, что в принципе ему не свойственно. «Лиза – Лиза – Лиза», - стояло набатом в голове. Словно он познал для себя: произносить моё имя не так уж и сложно, и теперь наслаждался этим открытием.
— Лиза, а ты летала на самолете?
Очередной вопрос. Я прихватила энциклопедию о авиации, решив, мальчишкам априори эта тема интересна. Вся история индустрии, от первой модели, выпущенной братьями Райт, до сверхзвуковых истребителей, сопровождалась красочными картинками.
— Летала.
— А сколько раз?
— Не помню. Раз пять или шесть.
— Лиз, а страшно?
— В первый раз – да, пожалуй, — качнула я головой. — Знаешь, вот ты сидишь в кресле, а у тебя в животе будто маленькие мураши бегают. Щекочут, волнуются… и ты вместе с ними. Но когда самолет отрывается от земли, они – раз и… замирают. А ты смотришь в иллюминатор, город внизу всё меньше и меньше, а вы поднимаетесь выше и выше, до самых облаков. А потом уже облака плывут под вами. Но это при условии дневного полета. Ночью придется ориентироваться по огням.
— Я тоже хочу, — с грустью вздохнул он.
— Обязательно полетишь. Я первый раз в двенадцать лет летала, всё у тебя ещё впереди.
Сон никак не шел. Славик, с мечтами о полетах, давно мирно спал, а всё сидела, безучастно листая под тусклой лампой книгу. Мысли мои сводились к одному, но бросало абсолютно стихийно, в противоположные стороны. То я уверялась – готова, смогу, то осознавала: меня просто бьют эмоции.
Интересно, как отреагирует Шмаков, заикнись я ему об этом? Выставит идиоткой или с удовольствием сплавит ребенка? Хотя, «с удовольствием» это я загнула, его привязанность к сыну не выглядела поддельной. Я отлично помню, как он общался с ним, возвращаясь домой, никогда не отмахивался. Даже если устал, засыпал порой за игрой, но всегда уделял ему время. Разве могут чувства к какой-то женщине, вытеснить любовь к сыну?
Разумеется, нет. Нужно прекращать об этом думать и укладываться спать. У ребенка есть отец и родного отца ни один человек в жизни не заменит. Разве только… мама.
Но я ведь не настоящая. И даже не временная, как утверждала недавно Лидка.
Шмакова я встретила на улице. Задержалась в машине, пока разговаривала с сестрицей по телефону, в этот момент он въехал на парковку больницы. Нашу машину, хотя теперь уже его, я узнала мгновенно и поспешила проститься с сестрой. Лучше если мы поговорим здесь, на улице. Я машинально отметила время на экране телефона, тихий час в больнице только начался, и сунула его в карман куртки. Шмаков выскочил из тачки, следом пискнула сигнализация и он заспешил к корпусам.
— Игорь! — позвала я. Обернулся, глянул на «Дэу» за моей спиной и хмыкнул:
— Дед расщедрился?
Куртка нараспашку, без шапки и загорелый до неприличия, аж зубы слепят. Я его энтузиазма не разделила, поэтому вопрос оставила без ответа.
— Тебе лимонная маска не помешает, — сказанула я, поравнявшись с ним.
— Что? — сдвинул он брови.
— Отбелил бы немного, — указала я на его лицо. — Сын все-таки в больнице.
— Ты меня в чем-то обвиняешь?
Жилка выше виска напряглась, заходил кадык.
— Нет. Хотя, погоди… виню. Например, в безответственности тебя виню, в невыполнении своих обещаний тоже.
— Напомни, что я тебе пообещал? — скривился он так, будто я глупость сморозила.
— Ты обещал Славика по окончанию каникул забрать.
— Кому обещал, тебе обещал? — дернул он подбородком. — Ты что-то путаешь, дорогая, тебя я только информировал. Никаких договоренностей у нас с тобой не имелось, так что, полощи мозги кому-нибудь другому. Я сам разберусь.
— Тебе не кажется, Шмаков, что говорить со мной в подобном тоне бессовестно? Я все эти дни не отходила от твоего сына, между прочим!
— Я тебя об этом не просил! — отрезал он и немного сбавил: — Чего ты от меня хочешь не пойму, чтоб я на колени рухнул и об лед башкой бился? Славка находился у своей матери, какие проблемы? Я должен был забрать его, только чуть позже. Короче, я не намерен твои нотации выслушивать, я спешу.
— А мать, интересно, в курсе была, что ты его позже заберешь? — крикнула я ему в спину. Игорь повернулся, окинул тяжелым взглядом, но смолчал, а я добавила: — Впрочем, сейчас мы правды не узнаем…
Он стиснул зубы и устремился к отделению. Я осталась одна посреди парковки, вскоре мимо проехала машина, выводя меня из ступора.
Я вернулась в свою. Запустила двигатель, посмотрела на пакет на соседнем сидении, который собрала во время обхода. И не по нужде, продукты и вода ещё оставались, скорее занять себя, чтобы скоротать время, а с фантазией у меня туго.
