Лука скрещивает руки на груди, его взгляд холодный, выверенный.
— Если у вас есть личные темы, предлагаю оставить их для нерабочего времени, — его голос звучит вежливо, но я чувствую гнев под маской спокойствия. Он узнал Бена. И теперь вопросов не избежать.
Я не хочу, чтобы он знал. Я слишком долго строила себя заново. Я не хочу, чтобы он понял, что все это — одна большая ложь.
— Все нормально, — тихо говорю я. Бен прав. Нам придется работать вместе. Мы соперники. Разумнее поговорить и раз и навсегда покончить с этим.
— Пойдем, Бен.
Лука напрягается и обхватывает мое запястье, его хватка крепкая. Он смотрит мне в глаза, его выражение лица невозможно прочесть.
— Не надо, — шепчет он.
Я успокаивающе улыбаюсь ему, и его лицо опускается. Лука стискивает зубы, и на мгновение я колеблюсь. Что-то в его поведении заставляет мое сердце сжиматься. Он выглядит разбитым.
Он смотрит на меня, пока я веду Бена в одну из комнат для переговоров, и я не могу оторвать от него взгляд. То, как он на меня смотрит, заставляет меня чувствовать себя виноватой. Я что-то делаю не так?
Я качаю головой, осознавая, что даже сейчас, сидя напротив Бена, думаю о Луке. Я всегда думала, что буду слабой и жалкой, если однажды столкнусь с Беном снова. Но, как оказалось, это совсем не так. Я не чувствую боли. Только разочарование и стыд. Кто-то вроде него никогда не должен был иметь надо мной такую власть.
— Я никогда тебя не забывал, Вэл. Я пытался найти тебя годами. Ты бросила учебу без единого слова, сменила номер…
— И ты все равно не понял намека, да?
Он вздрагивает, а я раздраженно вздыхаю. Даже не знаю, что злит меня больше — то, что он напоминает мне о той слабой девчонке, которой я была, или то, что мне придется конкурировать с ним, зная, что у него есть несправедливое преимущество.
Но одно я знаю точно — чувства, что я испытываю к нему, не имеют ничего общего с любовью. Это лишь презрение, замешанное на унижении.
— Я никогда ни о чем так не жалел, Вэл, — говорит он. — Просто видеть тебя снова, заставляет мое сердце биться быстрее… как раньше. Ты же тоже это чувствуешь, правда? Я так и не смог полюбить никого так, как тебя. Я так и не смог тебя забыть. Если бы ты действительно двинулась дальше, ты бы не была так холодна ко мне. Пока ты злишься на меня… у меня еще есть шанс, не так ли?
Я смотрю на него и чувствую, как гнев закипает внутри.
— Прошло восемь лет, Бен. Почему, по-твоему, я должна тепло тебя встречать, когда ты просто ввалился сюда и претендуешь на работу, о которой я мечтала всю свою жизнь? Я вижу, твое эго все еще раздуто до неприличия. Кто ты вообще такой? Единственная причина, по которой я согласилась с тобой поговорить — это чтобы раз и навсегда покончить с твоими иллюзиями. Мне неинтересно предаваться воспоминаниям.
Он смотрит на меня так, словно не верит мне, и я полагаю, что его недоверие оправдано. Он прав. Я действительно испытываю негодование и ненависть, и на мгновение мое сердце дрогнуло. И да, на несколько секунд я почувствовала что-то… какое-то призрачное эхо прошлого.
— Это из-за Луки Виндзора? — его голос приобретает резкость. — Это он был с тобой на танцполе, да? Вы встречаетесь?
Я стискиваю зубы, обдумывая ответ.
— Ты не заметил женщин, с которыми я была? Это сестра Луки и его невестка. Думаешь, их бы просто так оставили без присмотра?
Почему-то я не хочу скрывать наш брак прямо сейчас. Это мелочно, но мне хочется, чтобы Бен знал: я вышла замуж за мужчину, которому он и в подметки не годится. Но если я спровоцирую его таким образом, он просто посмеется над этим, когда мы разведемся. Это того не стоит.
Он отворачивается на мгновение и кивает, словно это вполне логично. Я полагаю, ему слишком сложно даже представить, что мы с Лукой действительно вместе. И почему-то это раздражает меня больше, чем должно.
— Я хочу вернуть тебя, — говорит он тихо. — Я был молод и глуп. Не понимал, что имею. Я знаю, что не заслуживаю второго шанса… но я готов на все, лишь бы его получить.
Я хмурюсь, раздражение перерастает в гнев.
— Связь с тобой — это самая большая ошибка в моей жизни, Бен. И всегда ей останется.
Я на грани того, чтобы сказать ему, что замужем, но… Если это всплывет сейчас, это может навредить моим шансам. Для Стивена и его сына кумовство — это норма. Но если кто-то узнает о Луке и обо мне… все будет иначе.
— А если я откажусь от этой работы? Дам тебе фору? Все, о чем я прошу — это один ужин. Просто один вечер с тобой.
Я фыркаю от неожиданности, не сдержав смех.
— Ты самодовольный мудак, — произношу я, позволив своему гневу вылиться наружу. — Тот факт, что ты думаешь, что у тебя есть шанс получить эту работу, когда я твой соперник, означает, что ты вообще меня не знаешь. Мне не нужно, чтобы ты уходил, потому что ты не представляешь для меня реальной угрозы, ты самодовольный, снисходительный осел.
