— Господа, ожидается ещё прибытие Владимира Гавриловича Филиппова, начальника Санкт-Петербургской сыскной полиции, но я предлагаю, что мы можем приступить. Прошу вас.
Юрий Андреевич откашлялся, но не успел ничего сказать: доложили о прибытии Филиппова и Зимина. Полковник Герасимов тут же распорядился насчёт чая и встретил вошедших радушной улыбкой:
— Добрый день, Владимир Гаврилович, рад вас видеть.
— Взаимно, Александр Васильевич.
Начальник сыскной полиции Филиппов оказался невысоким упитанным человеком лет сорока, а его спутник являл собой полную противоположность: высокий, худой и весь какой-то нескладный. Даже мундир, казалось, просто висел на этой своеобразной ходячей вешалке.
После взаимных реверансов они узнали, что спутник Филиппова — титулярный советник Иван Андреевич Зимин, который откомандирован в их распоряжение от сыскной полиции.
— Господа, я просил бы штабс-ротмистра Котова и титулярного советника Зимина подождать в приёмной, — тоном, не терпящим возражений, заявил Юрий Андреевич.
Тем не осталось ничего другого, как подчиниться. Затем старик продолжил:
— Мы совсем недавно прибыли в столицу и хотели бы услышать информацию о состоянии дел в городе из первых рук, господа. Это позволит нам быстрее начать выполнять свои задачи. Я очень надеюсь, что мы сработаемся и станем действовать единым фронтом.
— Безусловно, граф, — заверил Герасимов, а Филиппов молча кивнул, но явно одобрительно.
— Всем известно, что общество сейчас заражено антиправительственными настроениями, я даже не побоюсь этого слова, — революционными! Постоянные беспорядки и теракты в стране стали обыденностью. Проводится целая кампания по планомерной дискредитации органов власти, полиции и жандармерии. Мы с Егором Николаевичем вчера имели честь беседовать с государем, и он ясно дал понять, что с подобным положением вещей мириться не намерен. Я предлагаю провести совместную крупную операцию по очистке столицы от преступного элемента и различных радикально настроенных террористических групп.
— У вас имеется конкретное предложение на этот счёт, ваше сиятельство? — с улыбкой поинтересовался Филиппов.
Егор его прекрасно понимал: начальник сыскной полиции работает на этой земле уже много лет, и вдруг появляется какой-то непонятный полковник и предлагает одним махом решить все проблемы, не зная при этом совершенно ничего из того, с чем ему предстоит столкнуться.
— Да, Владимир Гаврилович. Но это только предварительная идея, а окончательный план мы разработаем совместно, с учётом всех обстоятельств. Поэтому я и хотел бы просить вас ввести нас с графом в курс дел.
— Вас приятно слушать, Юрий Андреевич. Думаю, мы с вами сработаемся, — уважительно сказал Филиппов. — Позвольте, я вкратце ознакомлю вас с преступным миром нашей столицы. Мир этот, надо сказать, подразделяется на две основные группы: первая — это профессиональные преступники, для которых незаконные деяния являются образом жизни, а вторая — хулиганы, которые нарушают закон из озорства и в основном в пьяном виде. Но всех их объединяет то, что это уже не разрозненные шайки или одиночки, а хорошо организованные группы с чёткой иерархией и своими законами. Я не вижу смысла перечислять вам все преступные специальности, так как их достаточно много, порядка тридцати штук. Могу лишь сказать, что наиболее многочисленными сейчас являются нищие, карманники и грабители. У хулиганов можно выделить пять крупных объединений по территориальному признаку. Костяк этих шаек составляет молодёжь с рабочих окраин и беспризорники. Ситуация дошла до того, что по городу стало опасно передвигаться, а ночью так и подавно. Существуют целые районы, куда полиция старается без лишней нужды не соваться, хотя полицейские зачастую находятся на содержании у преступников.
— Благодарю вас, Владимир Гаврилович, в целом картина ясна. А вы что скажете, Александр Васильевич?
Герасимов пару секунд помедлил, вероятно, решая для себя, насколько можно быть откровенным с этим Беловым, но затем ответил:
