После того, как Ксинг показательно прогнал пинками пару идиотов, решивших надуть его на несколько касба, о Ксинге начали шептаться. Ксинг, усиливая слух ци, неоднократно слышал, что его называют «Касим аль-Ваджиб».
— Готов наш заказ? — спросил один из посетителей.
— Конечно! Две утки в собственном соку и тушеные грибы, забирай!
Ксинг молниеносно наложил еду на глиняные тарелки и отправил одну за другой в конец гладкого прилавка.
— Ксинг…
— Твоё послание уже доставлено, Махуд, — заверил Ксинг. — Вот ответ.
Огромный, мускулистый скорняк, посмотрел с признательностью. Физическая мощь странно сочеталась с робостью в делах сердечных, и Ксинг уже скоро как месяц, почти с самого открытия «Генерала Фенга» таскал записки девушке, о которой вздыхал Махуд, и передавал от неё ответы.
Первые деньги, что он заработал на шахте, пошли на оплату дома. Этот дом был достаточно большим, имел просторный двор и находился в неплохом месте. За него пришлось бы отдать гору касба, если бы не одно «но»: дом считался проклятым, ведь в нём подряд погибло четыре семьи, найдены были лишь окровавленные и обезображенные тела, да и то не всех. Хозяин, седой трясущийся бородач, принимая у него деньги на полгода вперёд, пытался его отговорить, поискать другое жильё и не губить молодость. Разумеется, Ксинг не послушался.
На всякий случай ночью он пробежался по округе, уничтожил с десяток маридов и ещё двух плешивых двуногих волков, которые, как и первый, рыскали по улицам. Но ничего опасного и сверхъестественного он так и не заметил.
Он не планировал работать по-настоящему, с утра до вечера. Большие средства для существования ему были не нужны, всё свободное время он собирался культивировать и заниматься исследованием Ахрибада. Так что открывал он своё заведение изредка и нерегулярно, цены выставлял выше среднего, да ещё и не торговался — именно для этого и поставил на прилавок глиняный горшок.
Ксинг думал, что мрачная репутация этого дома отпугнёт посетителей, ну а странности хозяина ресторана разгонят оставшихся, но, к его полному удивлению, после первых робких посетителей народ повалил толпами, причём, выстраивался у ворот с самого рассвета, стоило над воротами появиться жёлтому флажку — знаку, что сегодня заведение будет открыто.
Основными делами Ксинг занимался не тут — он всё-таки выстроил домик неподалёку от вулкана, где оборудовал кузню и лабораторию. Но отсутствие горна лишь укрепляло посетителей в мысли, что Касим — свирепый, но вполне доброжелательный дух, и что если его не злить, можно уйти с большой выгодой: сытым, довольным, с хорошим оружием или чудодейственным эликсиром.
Ксинг готовил еду, варил зелья из ингредиентов заказчиков, занимался кузнечным делом, рассказывал истории из свитков и кристаллов, а также просто давал советы. Все остальное время он либо носился по Ахрибаду, знакомясь с жителями и заведениями, либо культивировал в жерле вулкана, куда заходил голышом, чтобы не пожечь новую одежду, которую он купил взамен подистрепавшимся таубу и шемагу, доставшимся от бадави.
Он хищно поглядывал на саламандр, заходящих в пламя даже дальше, чем пока что мог он, прикидывая, какие ингредиенты понадобятся для выделки их шкур и насколько прочной получится одежда. Время от времени он отлавливал мелких агрессивных птичек, которых тут называли «Шу-Ни». Это название было смутно знакомым, но помедитировать и вспомнить откуда как-то не доходили руки. Мясо и перья этих птиц содержали очень много тёплой энергии ян, так что Ксинг не только их ел, но и пробовал использовать в эликсирах.
К сожалению, пусть Ксинг неплохо освоился и ознакомился с Ахрибадом, но самого главного пока не достиг. Все чародеи жили во внутреннем городе, соревнуясь между собой в высоте башен. Вход во внутренние ворота преграждали статуи гигантских воинов, которые внутрь Ксинга не пропускали. Он, конечно, мог прорваться, но решил этого не делать — ведь если поднять тревогу, как он сделал в первый раз, придётся сражаться серьёзно, сказочкой о Шарифе, забросившем в город бедного иноземца, теперь не отделаешься. Если бы у кого-то из его посетителей имелась печать высоких уровней, проблема сразу же отпала бы. Но увы, скопировать печать было не у кого, поэтому Ксинг и собирал деньги, чтобы заказать её о колдуна. Подделать здешние касба, создав из их камня и внедрив слабое плетение ци, не составило бы ни малейшего труда, но ни один герой не занялся бы презренным фальшивомонетничеством!
— …до сих пор ищут!
— Ещё бы! Сначала погиб один Владыка, а потом и ещё двое!
— Так месяц прошёл! Поверь мне, это всё неспроста! Как думаешь, может Дети Равды ещё…
— Да заткнись, идиот! Нас всех погубишь!
