Как оказалось, каждое большое дело влечёт за собой большие последствия. В деревне перестали считать Фенга дурачком, начали почтительно здороваться, а новое прозвище «генерал Фенг» теперь не использовалось в качестве насмешки, а звучало уважительно. Дома его авторитет, и так высокий после удачной зимы, где благодаря заготовленной рыбе Широнг обзавёлся приятно звенящей связкой красивых медных монеток, вырос многократно. Его мнением стали интересоваться, спрашивать совета, а когда ему хотелось потренироваться или выбраться в лес — без каких-либо возражений отпускали. Одна лишь Айминь вела себя как обычно, постоянно дулась и воротила нос. Но Фенг знал — это исключительно из зависти.
Но были у его свершения и негативные стороны. Теперь, куда бы он ни собирался пойти, чем бы ни попытался заняться, за ним следовала стайка детворы, постоянно глядящая на него полными восхищённого блеска глазами. И если пару дней ему это даже нравилось, то потом стало сильно раздражать.
— Привет, герой! — махнул ему Йи, опуская молот и утирая со лба пот. — Давненько не виделись. Не ждал, что ты почтишь мою скромную кузню своим вниманием.
Фенг улыбнулся и скинул с плеч тяжёлую корзину, которую он самолично сделал из стволов бамбука, лозы и ивовой коры. Он неоднократно подсматривал за работой Яо, а потом пытался сделать также, но его кособокие поделки до сих пор не шли ни в какое сравнение с ровными и даже красивыми плетёными изделиями старика.
— Здравствуйте, мастер Йи! — улыбнулся Фенг. — Я пришёл бы раньше, но, увы, заботы. Они — как тень времени, закрывающая солнце жизни.
— Отлично сказано! — восхитился Йи. — Это ты сам придумал?
Фенг, которому и самому очень нравилась эта цитата, широко улыбнулся. Не зря он увидел в кузнеце родственную душу!
— Нет, это сказал боевой монах Жу после того, как враги подстерегли его в трактире «Лунное озеро», а он их всех одолел.
— Увы, я с ним не знаком, но очень хотел бы познакомиться. Видимо, он не только очень сильный, но и мудрый! А почему на него напали? Что за враги?
Своей повышенной чувствительностью, усиленной сердечным даньтянем, Фенг ощутил сильную жадную вспышку интереса, исходящую от кузнеца. Вопящая во весь голос интуиция подсказывала, что просто так всё рассказывать не стоило.
— Ой, мастер Йи, простите, мне следует спешить. Несу домой вот это!
Он откинул крышку корзины, показывая блестящие чёрные куски вещества, которое он всю зиму добывал в горах своей каменной киркой. Его действия преследовали, как обычно, множество целей. Он ставил себе удар, учась точно и сильно прикладывать усилия, тренировал мышцы, развивал тогда ещё слабый нижний даньтянь и, конечно же, оттачивал чувствительность, позволяющую ощущать тёплую энергию вкраплений «горячего камня» сквозь толщу скал.
— Дерьмо феникса! — с полным восторгом и не сдерживаясь завопил кузнец. — А для чего тебе оно? Где ты взял?
— Говорят, этот камень горит лучше дров. Отнесу маме, пусть готовит еду. К тому же дома холодно, а я люблю жару.
Йи упустил молот, который упал на землю с громким стуком, и запустил пальцы в густые потные волосы.
— Топить очаг? Ты что, сошёл с ума?
Фенг широко улыбнулся.
— Ну а чего тут такого? Я его сам добыл, а когда надо — добуду ещё! Конечно, в горах его немного, но если уметь искать, тогда нам хватит надолго!
Выражение лица кузнеца изменилось, став похожим на подручного злодея из кристалла, который подсаживается за столик к главному герою, чтобы лживой душещипательной историей заманить того в ловушку.
— Скажи, Фенг, а как насчёт того, чтобы отдать этот камень мне? И не только этот, но и другой, что ты сможешь добыть? За маму и дом не беспокойся, у меня есть торф, который тоже неплохо греет! И у меня его много!
Фенг внутренне фыркнул. Торфа действительно в округе было много — достаточно пойти на болото, нарезать из него кирпичей, не утонуть и не стать добычей зверья. Но горел он после просушки лишь чуть хуже хороших дров и добыть его было сильно легче.
— Ну не знаю, горячий камень — лучше торфа, — с деланным сомнением почесал подбородок Фенг.
— Но использовать его для дома — бессмысленно! — не отступал Йи. — Ему самое место в кузне! И я готов заплатить! Деньгами!
— Эй, Фенг! — завопил мелкий Чунь. — Так что там было с монахом?
Фенг окинул взглядом малышню, которая, заметив его, собиралась у кузни, и голосом, от фальши которого, у него самого свело челюсть, ответил:
— Ой, я так занят, я так занят! Очень много дел, папа и мама заставляют работать, некогда чесать языком! Я же не какой-нибудь подмастерье кузнеца, чтобы стоять на одном месте, помогать, ну а заодно рассказывать не только о монахе Жу, а и о многих других героях и злодеях! Понятное дело, мне бы всё равно пришлось бы отлучаться в горы, чтобы добывать горячий камень, но всё остальное время…
Фенг запнулся, переводя дыхание.
— Послушай, — сказал кузнец не менее фальшивым тоном, — у меня появилась идея!
Фенг взглянул на него исподлобья, пытаясь всем своим видом показать, насколько он не заинтересован в возможных предложениях.
— Идея, мастер Йи?
