— Прекрасная и замечательная идея! — подтвердил тот. — Я смотрю, ты вырос крепким и выносливым. Как насчёт того, чтобы перестать растрачивать свой талант на крестьянскую работу и пойти, как настоящий мужчина, работать в кузню! Научишься полезному ремеслу, станешь сильным, от девчонок отбоя не будет! Как тебе, а?
— Ой, мастер Йи, знаете, я так занят, так занят, да и родители могут меня не отпустить в куз…
— Фенг! — оборвал его кузнец, сразу посерьёзнев. — Не наглей. Подобными предложениями я не разбрасываюсь. Горячий камень — это хорошо, но как жил без него, так и проживу. Ну а если мне захочется историй, то пойду к хижине хромого Суня и послушаю, что он рассказывает жене после кувшина настойки из болотных ягод. Я привык работать один и подобными предложениями разбрасываюсь очень редко.
Фенг почувствовал, что раз речь зашла о серьёзных вещах, то дурачиться больше не стоит.
— Мастер Йи, это великая честь для меня, — сказал Фенг, почтительно склонив голову..
— Отлично! Ну раз так, покачай сначала меха. Чуть подрастёшь — и до работы молотом дело дойдёт!
Фенг неоднократно наблюдал за работой кузнеца, так что имел представление, что надо делать. Поэтому он подскочил к большой непонятной штуке, сделанной из дерева и кожи, ухватился за до блеска отполированную руками рукоять и изо всех сил надавил.
Из раструба со свистом вырвался поток воздуха. Угли в горне разгорелись и засветились алым. Йи схватил длинными щипцами лежащий на наковальне продолговатый кусок металла и сунул в огонь.
— Эй, Фенг, слушай, Фенг! — снова завопил Чунь. — Ну так что там с монахом?
— Точно, расскажи про монаха! — поддакнул кто-то из малышни.
Фенг снова несколько раз качнул меха, заем, увидев знак кузнеца, сделал паузу.
— Давай-давай, расскажи! — подбодрил Йи.
Фенг хитро улыбнулся и начал рассказ:
— Однажды на самом закате дня, когда последние лучи солнца отражались в спокойной глади горного озера, возле стоящего на берегу трактира появился усталый путник. Был он высок, широкоплеч и статен, но особо выделялся большим животом, как бы намекавшим на большую любовь к еде. Простые свободные одеяния из грубой ткани и тяжёлый окованный железом посох показывали, что в жизни путник избрал духовную стезю. И звали этого замечательного человека…
☯☯☯
Когда-то раньше Фенг боялся, что повышение его статуса в Дуоцзя послужит препятствием на пути к его главному плану — уничтожении учителя, причём не столько тела, сколько его духа, его личности. Что он станет местной знаменитостью, удовлетворится своим почётным положением, решит, что раз ему и так здесь хорошо, то чего уж напрягаться?
Этого не произошло. Эффект вышел ровно противоположным. Ощутив первые серьёзные успехи, Фенг получил подтверждение, что план работает, а значит, он на правильном пути. Появилось желание удвоить усилия, ведь заветная цель теперь казалась столь близкой, столь достижимой!
Учитель умел ковать мечи — Фенг стал подмастерьем кузнеца. Учитель умел готовить — Фенг тоже принял участие в готовке, пусть в итоге вышла едва съедобная, но тем не менее сытная рыбная масса. Осталось совсем немногое — продвинуться по каждому из этих путей и достичь совершенства! Фенг даже стал, пусть лишь в малой мере, целителем. После открытия сердечного даньтяня он не только исправил застарелые проблемы в собственном теле, но и скрытно тренировался на родственниках, пытаясь воздействовать на отца и мать, чтобы улучшить их ужасное здоровье. Тренировки ци и сражения с оружием и без Фенг тоже проводил регулярно, пусть оружием служили крестьянские инструменты типа цепа и серпа. Но раз он теперь работает в кузне, то очень скоро сможет выковать себе и настоящее оружие!
Увы, оставалось лишь одно умение, которое Фенг не только не тренировал, но и даже толком не знал, как к нему подступиться. Талисманы. Учитель определённо умел делать талисманы, которые использовал для их с Мэй мучений. Подобный талисман сильно помог бы Фенгу тренироваться, так что откладывать освоение этого искусства было глупо. Увы, существовал целый ворох препятствий, из-за которых он не знал, как к этой проблеме подступиться.
С чернилами идеи у него имелись. Пусть сейчас и не сезон, но в лесу хватает чёрного глаза — несъедобных ягод, славящихся тем, что оставляют на одежде очень стойкие, ничем не смываемые тёмно-фиолетовые следы. Сажи и угля в деревне тоже полно, так что Фенг мог сделать чернильные палочки, подобрав подходящие ингредиенты. Создать кисть тоже не представляло проблемы. Фенг предполагал, что, возможно, для хорошей кисти потребуется нечто большее, чем примотать пучок шерсти к палочке, но на крайний случай оставалось создание стила из тростника или бамбука.
Главную проблему представляла бумага. Её в Дуоцзя просто-напросто не было ни у кого, кроме, наверное, старосты — только ему требовалось отчитываться перед чиновниками Империи и делать заказы у торговца. И наверняка этот самый торговец ему бумагу и продавал, сдирая несусветные деньги.
