Слово «шахта» тоже не являлось преувеличением — на небольшая выемка в скале, с которой Фенг начал добычу, превратилась во вполне приличную пещеру, стенки которой он обследовал ци и укреплял в нужных местах бамбуковыми подпорками.
Фенг мечтал найти в горах железную руду и сковать себе настоящее оружие, а также втихую продать заезжему торговцу парочку ножей, ведь задумка по созданию бумаги пусть и была воспринята семьёй благосклонно, но требовала времени.
Во время последнего визита Фенг уже пытался наладить с торговцем отношения, но пока безрезультатно, в отличие от остальных жителей деревни, тот пока что Фенга серьёзно не воспринимал.
С настоящим оружием можно попытаться охотиться на опасное зверьё в дальней части леса или пойти глубоко в горы, навстречу неизвестным опасностям.
— Мастер Йи, а вы умеете ковать копья? — спросил Фенг.
— Умею, — ответил тот, вдруг останавливаясь. — И мечи тоже, и топоры, и сабли, булавы и гуань дао, только вот что я тебе скажу, малец, оставь эту затею.
— Какую?
— Ты думаешь, что я не вижу? Думаешь, стал сильным и знаменитым, совершил подвиг, а теперь скуешь себе оружие и задашь деру? Первые же стражники спросят, откуда у тебя оружие, отберут, да еще и повесят за бродяжничество и разбой!
— Какой еще разбой?
— А такой, скажут, что ты вон там двух овец зарезал, старую тетку Пигао убил или путника ограбил. В общем, что на них висит, на тебя переложат, а ты будешь лишь стоять да рот разевать. Особенно широко напоследок, когда тебе петлей горло сдавит!
Фенг непроизвольно потрогал горло. Он хотел возразить, но с губ сам по себе слетел вопрос:
— А тётка Пигао что, умерла? И вообще, кто она такая? Думал, всех в нашей деревне знаю.
— Да какая угодно тётка! Любая! Ты это, не придуривайся! Прекрасно понял, о чём тебе талдычу!
Конечно, после свершения подвига и странного поведения все в деревне подозревали, что с Фенгом что-то не так, но вот вслух о своей ци он никому не говорил. Истинная причина его крепости и выносливости никому в голову не приходила. Да, Фенг мог бы сейчас не только усиливать потоки воздуха из мехов и делать огонь горячее, но и, чуток поднапрягшись, ковать заготовку голыми руками, укрепив их ци. Только зачем? Развивать ци можно и так, мышцы прекрасно тренируются молотом и киркой, а лишнего внимания, поверх и так имеющегося, ему не надо.
— Не собираюсь я давать деру, — буркнул он.
«Пока что, по крайней мере!» — добавил он про себя. Следовало сделать ещё кучу приготовлений, скопить деньжат, дождаться двенадцатого дня рождения и получить взрослое имя.
— Дождись, пока не станешь взрослым и не получишь имя, — словно прочитал мысли кузнец. — Возьмёшь у старосты подорожную да и пойдёшь куда хочешь — будешь в своём праве.
— А оружие?
— Далось тебе это оружие! — засмеялся Йи. — Ты всегда такой серьёзный, я порой забываю, что ты ещё ребёнок.
Фенг промолчал. Он тоже постоянно об этом забывал, приходилось время от времени себя одёргивать.
— Говорят, ты еду очень любишь, — чуть невпопад продолжил Йи, — прямо такой аристократ в ней, что сил нет. Только поговаривают, что вкус еды, которая тебе нравится, слишком аристократский для наших простецких ртов. Нам-то, крестьянам, ваша еда кажется мерзкой дрянью.
— Я даже знаю, кто про это рассказал! — насупившись, ответил Фенг. — Кое-кто, кто только и делает, что трясёт тут сиськами да языком чешет!
— Да не сердись ты, — расхохотался кузнец. — Сестра у тебя справная растёт, пока что, конечно, мелкая, но скоро вырастет в настоящую красавицу. И знаю я, что лучше жрать помои, чем с голоду подыхать — было и у меня в жизни всякое. Совет хочу дать, хороший.
Фенг навострил уши.
— Пока ещё, конечно, не сезон, но наступит лето — набери пару корзин грибов Бай Моу Гу. Они очень ценятся, торговец с радостью купит сколько угодно, да и не подумает, что ты у кого-то украл. Да не делай такое лицо, думаешь, никто не видел, как ты возле него отирался? Кстати, я их тоже обожаю, так что если захочешь угостить — ни за что не откажусь. Их все любят, твои родичи тоже!
«Ага, стоит только принести корзины с грибами домой, как сразу всё выжрут и не поблагодарят!» — подумал Хань со смехом. Жизнь не уставала подкидывать ему новые поводы для раздумий, даже там, где вроде бы всё ясно и чётко распланировано.
Столько много дел, столько нового нужно успеть и придумать. Но что эти тёмные крестьяне знали о настоящем искусстве аристократической интриги? Да Хань двенадцать лет отлынивал от учёбы, виртуозно жалуясь матушке Лихуа и прикрываясь ею от гнева генерала Гуанга. Так что справится он и тут. Разве нынешние трудности сравнятся с прошлыми?
— Подходящих корзин у меня пока нет. И Бай Моу Гу я встречал в лесу пока только пару раз. Но я пойду к деду Яо, научусь до лета плести корзины, наберу кучу грибов, чтобы хватило и торговцу и вам, — ответил он. — Ведь это всё временные трудности!
