Ф: Девочки, да. Даже не будем сейчас поднимать эту болезненную тему. Слухи ходят, что там тоже с девочками у него было все нормально.
Все судебные бразильские дела были инициированы российской стороной. Это была очередная попытка усложнить Борису жизнь, вполне удачная. Поскольку я должен был там выступать как эксперт, мне прислали судебные материалы, так что я знаю немножко больше, чем все остальные знают. Расследование само по себе было смешным, потому что основным аргументом выдвинули то, что за такую плохую футбольную команду никакой дурак таких больших денег заплатить не может (деньги они вложили совершенно дикие).
В какой-то момент, когда был на эту тему разговор с Борисом, я ему сказал: “Борь, ну зачем? Ну хорошо, Абрамович купил себе футбольный клуб. Но из этого же не следует, что ты должен тоже себе покупать футбольный клуб, да к тому же в Бразилии”. Он говорит: “Да нет… При чем тут футбольный клуб? Это же был вход к президенту. Нам же всю страну обещали отдать”.
А: Это уже какая-то болезнь.
Ф: Да. Я не знаю, что они там собирались делать. Но, конечно, планы были какие-то грандиозные. Бразилия – страна немаленькая.
А: Россия, Бразилия, Украина. С Ющенко он очень плотно в Украине общался, насколько я понимаю.
Ф: Я бы сказал, что в Украине произошло ровно то, что должно было произойти. На самом деле Тимошенко к Борису привел я, буквально физически. Это произошло по следам пленок Кучмы, про которые я потом чуть-чуть тоже расскажу. У меня возникла идея, что, пожалуй, их нужно познакомить.
А: А вы почему занимались Украиной?
Ф: Давайте я уже сейчас все это расскажу с начала до конца и хронологически.
В какой-то момент мне позвонил из Нью-Йорка мой издатель и сказал, что в его кабинете сейчас сидит некий человек по фамилии Мельниченко. Это тот самый человек, который вывез пленки Кучмы из Украины и который хотел бы со мной повидаться и познакомиться. Мы договорились, чтобы Мельниченко ко мне приехал. Мельниченко чуть ли не в тот же день сел в поезд, приехал в Бостон, и мы с ним познакомились. Суть того, что сказал Мельниченко, была в следующем: в его распоряжении находятся эти самые пленки Кучмы, про которые никто, в общем-то, толком ничего не знал, кроме вот этого словосочетания – “пленки Кучмы”. Их можно распечатать, и там много всякой интересной информации, потому что это примерно 600 часов записи президентских разговоров.
На все это нужны деньги. Он слышал, что у меня есть выход к Березовскому, и, может быть, можно попробовать у Березовского получить на это деньги. Я ему сказал, что можно попробовать. Позвонил Борису тут же, объяснил, о чем речь: “Борь, тебя интересуют пленки Кучмы?” Он говорит: “Да, очень интересуют”. И мы в течение нескольких дней прилетели в Лондон. Мельниченко встретился с Борисом, и мы обо всем договорились.
Мы с Мельниченко только что познакомились, он был майором охраны у Кучмы – по легенде. Реальная история оказалась много интереснее и сложнее.
А: На самом деле за ним кто-то стоял, да?
Ф: Да, на самом деле за ним стоял Марчук, руководитель советского украинского КГБ[223].
Итак, мы прилетели в Лондон, и они обо всем договорились. Был смешной разговор: Мельниченко что-то просил, условия свои ставил, и Борис на все соглашался. У него же все немножко было под настроение, и вот такое у него было настроение, что он соглашался абсолютно на все. И чем больше он на все соглашался, тем больше я видел по выражению лица Мельниченко, что Мельниченко считает, что он продешевил по всем пунктам.
Борис говорит: “Никола, а что тебе надо?” – “Ну, зарплата мне нужна”. – “Ну, конечно. Юр, возьми блокнотик. Никола сейчас будет говорить, а ты записывай. Какая тебе нужна зарплата?” – “Ну, 10 тысяч”. – “Хорошо. Юра, запиши. Еще что?” – “Офис нужен, секретарь, оборудование”. – “Юр, ты записывай”.
Составили смету. Борис на все соглашается, и тут у него что-то щелкает: “Что-то много, надо на чем-нибудь сэкономить”. Он говорит: “Никола, а сколько тебе нужно, чтобы снять квартиру в Нью-Йорке?” Никола говорит: “Тысячи четыре в месяц”. Он говорит: “Слушай, какая идея. У меня в Нью-Йорке квартира есть. Может, ты знаешь – у Трампа такое здание. Там большая квартира. Давай так: я эти 4 тысячи вычту из твоей зарплаты, а ты будешь жить в моей квартире. Она все равно пустая, потому что когда мы с Леной[224] прилетаем в Нью-Йорк, в гостинице останавливаемся”.
И я, конечно, открываю рот, потому что я знаю это здание. И я думаю: “Черт, вот повезло человеку!” А Никола преувеличил – нет бы сказать, что он квартиру будет за 1000 снимать, а он сказал, что за четыре, и теперь у него должны вычесть 4 тысячи – и ему уже жалко. Он говорит: “Я должен подумать”. В общем, Никола отказался в результате.
Потом действительно было создано целое бюро, мы наняли специалистов по прослушкам из украинского СБУ, они сидели несколько месяцев, расшифровывали эти пленки. Мы создали сайт, на котором публиковались эти пленки. Борис только деньги давал.
А: На политическую судьбу Украины это как-то повлияло?
