Я не знаю, правдива эта история или нет, но история, как она была мне рассказана, заключается в следующем. У Березовского была вилла во Франции, а на соседней вилле жил Хонеккер. Во время прогулки Березовский вдруг видит Хонеккера, они знакомятся и разговаривают. И Хонеккер его спрашивает: “Господин Березовский, а что вас в жизни больше всего интересует?” Борис начинает ему вешать какую-то лапшу на уши про всеобщее счастье человечества. На что Хонеккер ему говорит: “Да перестаньте, господин Березовский! Понятно же, что всех нас больше всего на свете волнуют девочки”.
А: Это говорит 80-летний Хонеккер?
Ф: Рассказываю историю так, как она была рассказана. Может быть, в этой истории есть что-то выдуманное[228]. Иногда Березовский почему-то забавлялся вот такими явно выдуманными историями.
А: По поводу девочек. Юлик Дубов мне сказал, что он считает, что все девушки, которые встречались Борису, безусловно его любили. Я, честно говоря, в этом сильно сомневаюсь. Я вообще в бескорыстную любовь верю, видимо, меньше, чем Юлик. Какое у вас мнение на этот счет?
Ф: Я думаю, это просто смешно обсуждать. Юлик писатель, он на это имеет право. А я историк, я искренне надеюсь, что мне удается более или менее объективно смотреть на происходящее. А объективная сторона заключалась в том, что эти девушки менялись с такой частотой, что любовь просто не успевала там возникнуть, даже если у нее были шансы. Было какое-то количество постоянных девушек и какое-то количество абсолютно одноразовых, которых я встречал один раз и больше уже никогда не видел. Поэтому я не думаю, что тут можно говорить про какую-то любовь.
А: Но сам он влюблялся сильно и часто.
Ф: У него была теория. Я как человек, далекий от науки, был благодарным слушателем, потому что слушал, ничего в этом не понимая. Суть теории заключалась в том, что любовь – это химия в организме. Есть люди, у которых этого вещества мало, а есть, у которых его много. Есть люди, у которых этого вещества хватает на раз в жизни, а может, ни разу в жизни они не влюблялись. А есть люди, которые могут влюбляться каждые 15 минут и как будто в первый раз. И вот я, Березовский, отношусь ко второму типу.
А: Эту теорию я от него слышал: о том, что он влюбляется гораздо чаще, чем любой нормальный человек.
Ф: И что он абсолютно счастлив, что может влюбляться абсолютно искренне.
А: Он и был счастлив. Я с ним в последние годы не виделся и один раз встретился случайно. Он мне руки не подал, и я не смог с ним поговорить, но он всегда производил впечатление очень счастливого человека. Когда я узнал, что он покончил с собой, для меня это было недоразумение. Ведь он всегда был абсолютно счастливым. Он все время был в кого-то влюблен, он всегда умел объяснить самому себе и окружающим, что у него всегда все самое лучшее, самые красивые женщины, самые умные дети, лучшие дома и так далее и тому подобное. Он действительно был человеком независтливым – просто потому, что искренне считал, что у него все равно все лучше, поэтому завидовать не приходится.
Ф: Вот полное совпадение с тем, как я видел Бориса.
А: После вашей встречи с Путиным и Березовским по поводу ОРТ[229] ты встречался с Борисом?
В: Потом я его видел в суде. Это было, конечно, какое-то жалкое зрелище.
А: Он, кстати, с тобой здоровался в этом суде? Со мной Березовский перестал здороваться, когда мы с ним стали судиться – он подал в суд, мы этот суд проиграли. Но я к этому относился очень философски и во время вторых слушаний пытался с ним поздороваться. Он демонстративно убрал руку и после этого со мной уже никогда в жизни не здоровался.
В: Мы с ним даже как-то не приближались друг к другу, как в параллельных пространствах.
А: Борис тебя достаточно жестко обвинял в работе на кровавый режим, в давлении на него?
В: Ну да. Я сейчас, наверное, не буду это все заново вспоминать. Просто это неинтересно.
А: Не надо, да…
В: Мне показалось в суде, что он какой-то помятый, побитый. Кажется, что он пил много. И как-то он неубедительно выглядел, путался. Можно было видеть лицо судьи, когда Березовский говорил одно, потом другое – он же такой гибкий. И в конце концов судья ему говорит: “Господин Березовский, вы вот тут сказали “белое”, а вот тут сказали “черное”. Вы где нам правду-то говорите?” И он что-то отвечает, а судья смотрит на него. По лицу судьи было видно, что она ему не доверяет. Она его постоянно ловит на каких-то фантазиях, на лжи. И он выглядел каким-то жалким, неадекватно реагировал, даже не понимал, что ему в пользу, что не в пользу.
А: У тебя было ощущение, что Борис может покончить с собой? Он ведь был очень счастливым человеком на самом деле. Он же всегда был в замечательном настроении.
