Я тряхнула головой, чтобы избавиться от боли, которую причинял мне этот зов, и снова двинулась вперед, увлекая Мердока за собой.
Мы оказались в другом помещении прежде, чем поняли, что туннель закончился. Пространство заполняли мерцающие тела с нечеткими, размытыми очертаниями, похожие на образы из моих кошмаров. Их, в смысле — тел, здесь было необычно много.
Мердок крепко сжал мою руку.
— Я и не думал, что… их так много.
Казалось, слизь всосалась даже в его слова.
Я осмотрелась вокруг. Сэрасы заняли собой все помещение. В моем мозгу перекликались их голоса, но говорили наверняка не все.
«Пойдем.»
Воздействие этого зова было столь велико, что я почувствовала острую боль и зашаталась.
— С вами все в порядке? — заботливо спросил Мердок, которого я нечаянно толкнула.
Я покачала головой, не в силах сконцентрироваться на том, что он мне сказал. Затем немного отодвинулась от него. Те двое, которые привели нас сюда, стояли совсем близко. Может быть, они ожидают ответа? Я хорошо видела даже сквозь полуопущенные ресницы, как на поверхности их тел появляются и исчезают разные узоры. Впервые за все это время мне в голову пришла мысль, что, быть может, это их язык.
— Куда? — спросила я сдавленным голосом.
«Ты поможешь.»
Я была потрясена не столько четкостью этой мысли, сколько ее неожиданностью.
— Помогу вам? Но как?
— Что?
Мердок пытался понять разговор, слыша только одного собеседника.
— Они хотят, чтобы я… О!..
Одной рукой я вцепилась в Мердока, а другой схватилась за голову. Он не дал мне упасть, поддержав под руку.
Один из двух стоявших рядом сэрасов движением показал мне, куда надо идти.
«Пойдем.»
— Нет. Оставьте меня.
«Пойдем.»
Голос в моем мозгу звучал все настойчивее и свидетельствовал о безотлагательности действия, к которому меня призывали. То же самое настроение сэрасов чувствовала я в прошлый раз во время визита на серый корабль, а потом и на станции. Настойчивость, доходящая до отчаяния.
Внезапный образ, яркий и точный, вспыхнул перед моим мысленным взором с такой силой, что я выпустила руку Мердока и упала в слизь. Я увидела станцию. Вокруг белых колец были размещены платформы и отражатели, а также прочие части сложной системы, которую я так хорошо знала и любила. Я ощутила ту концентрацию, с которой сэрасы показали мне зеленое сверкающее энергетическое поле, направляемое на станцию и разрушающее ее.
При виде виртуального разрушения Иокасты меня охватила паника. Было ли это предупреждение — картина того, что сэрасы сделают с нами, если я откажусь сотрудничать? Или, может быть — ужасная мысль обожгла меня как огнем, — это уже случилось?
— Зачем вы показываете мне все это?
Чары рассеялись, и картина исчезла.
Я не понимаю их. Чувство, которое они испытывают, — вовсе не удовлетворение. Безнадежно, все потеряно. Все прошло. Даже прошлое навсегда утрачено. Мы думали, что мы могли нанести им поражение. Мы стремились к этому так долго. Последний шанс потерян. Все пропало…
Я не знаю, чьи это мысли: мои или их. Кто-то тронул меня за плечо, и я открыла глаза. Это был Мердок. Он кивнул в сторону сэрасов и помог мне подняться на ноги.
— Они хотят, чтобы мы следовали за ними, — сказал он.
«Пойдем.»
Сэрасы как будто подталкивали нас легонько. Такого раньше никогда не случалось. Может быть, они несколько изменили свое поведение из-за Мердока?..
Освещение в туннеле, в который мы вошли, было очень странным. Белый свет холодный свет нет пищи нет любви свет выключите его. Убирайся из моей головы.
Это был туннель из моего сна, туннель с комнатой в конце.
«Иди. Ты можешь идти.»
Идти — куда?!.
В отличие от туннеля в моих снах этот оказался коротким и внезапно кончился. Линия слизи обрывалась, и за ней я увидела стены из белого металла. Это была комната.
«Проход входи ты можешь войти смотри помоги.»
Освещение здесь показалось мне слишком ярким после тусклого зеленоватого света в туннеле.
Некоторое время я стояла, моргая, пока мои глаза не привыкли. И даже после этого свет продолжал бить мне в глаза, и я с трудом огляделась в просторном помещении, похожем на столовую в нашей зоне «Альфа». Вдоль правой от меня стены располагались интерфейсы — панели управления. Слева стояли большие подиумы, на которых лежали какие-то здоровенные штуковины.
Сделав десяток шагов, я остановилась и зажала руками рот. Я поняла, что штуковины эти были телами. Телами сэрасов. Они «стояли» вертикально, то есть имели такое же положение в пространстве, как и при жизни, но тела живых сэрасов очень подвижны, непрерывно перемещаются, мерцают, перетекают, поэтому сначала я не поняла, что передо мной.
Три, четыре, семь… здесь было по крайней мере двадцать тел. Я задержала дыхание, пытаясь подавить приступ тошноты. Враги врагами, а смерть есть смерть. И почему они хранят здесь трупы? Маловероятно, что это кладбище.
Я старательно делаю глубокие вдохи и выдохи. Воздух посвистывает у меня в носовых пазухах, заполняет легкие. Легкие с радостью фильтруют его и возвращают ненужные элементы, я делаю выдох. В помещении воздух насыщен кислородом. Он, вероятно, и убил сэрасов.
— Черт возьми, что это такое?
