— Послушайте, я понимаю, что вы должны знать все о нас. Но мы сами не всеведущи. Я хочу начать новую жизнь здесь, на станции, а вы постоянно заставляете меня возвращаться в прошлое. — Она помолчала. — Это причиняет мне боль.
Прежде чем я успела что-либо сказать, прозвучал сигнал коммуникатора.
— Я вас жду в офисе службы безопасности в зоне Холма. — Судя по голосу, Мердок был очень доволен. — Сейчас я допрашиваю Триллита.
— Буду через несколько минут.
— Поторопитесь, иначе пропустите самое интересное.
Он дал отбой.
— Надеюсь, вы справитесь здесь без меня? — обратилась я к Рэйчел. — Или, если хотите, мы продолжим работу в другое время.
Она посмотрела на экран.
— Я досмотрю все до конца. Эриэлю не до этого, а Гриффис занят.
Я оставила Рэйчел наедине с обломками ее прошлого.
Мердок встретил меня у входа в допросную.
В офисе было мало сотрудников. По-видимому, большинство из них занимались обеспечением порядка во время праздников.
— Мы получили кое-какую информацию. Не скажу, правда, что ее много, — проворчал Мердок. — Триллит признает, что Кевет приходил к нему в тот день, говорит, что Джонс дал Кевету поручение привезти на станцию одного пассажира.
— Разве Джонс мог позволить себе давать поручения кчеру? — удивленно спросила я.
Мердок пожал плечами.
— Не знаю. Должно быть, у Кевета был мощный стимул выполнить данное ему задание. Триллит утверждает, что Кевет ничего не говорил о кчине, и клянется, что не знает, на кого работает Джонс. Кроме того, он заявляет, что не сотрудничает с инвиди и понятия не имеет, откуда взялась «отмычка». — Мердок замолчал, чтобы перевести дух.
— А как он объясняет то, что его слуга разговаривал с Джонсом?
— Он заявляет, что не следит за тем, с кем его слуги разговаривают в свое свободное время.
— Да, не так уж много информации, — сказала я. — А что вы узнали об обломках оборудования с «Калипсо»? Почему Кевет и Джонс оказались в отсеке?
Мердок устремил на меня сердитый взгляд.
— Он заявил, что там, должно быть, хранится что-то интересное. — Мердок состроил гримасу. — Так или иначе, я собираюсь задать ему несколько вопросов по поводу секретной информации, связанной с кчинами. Если он хочет, чтобы мы взяли его под свою защиту, то должен это заслужить.
— Но мы не в силах защитить его от кчина, — возразила я, когда мы повернулись, чтобы войти в помещение для допросов. — Мы даже самим себе не можем обеспечить безопасность.
— Тс-с. — Мердок приложил палец к губам. — Триллит об этом не знает.
Триллит заполнил собой почти все пространство комнаты. Кресла и стол, за которым Мердок занял бы место, если бы допрашивал человека, теперь были сдвинуты в угол, а коренастая фигура шефа службы безопасности выглядела довольно жалко по сравнению с громадным телом кчера.
— Что вы можете рассказать нам о кчине? — спросил Мердок, а затем быстро добавил: — В общем и целом.
Триллит не сразу заговорил.
— Это не тот продукт нашей цивилизации, которым мы можем гордиться. Но в свое время мы рассматривали его как необходимое зло. Без кчинов наш народ прекратил бы свое существование… В течение нескольких столетий они хранили наш покой, защищая от бендарлов и других рас, о которых вы даже не слышали.
Необходимое зло? Кчерская империя была создана отнюдь не мирным путем.
— Они никогда не выходили из-под вашего контроля? — спросила я.
Триллит замахал на меня щупальцами.
— Они были четко запрограммированы на то, чтобы всегда беспрекословно повиноваться. Каким образом они могли выйти из-под контроля? В мирное время мы сокращали их численность. В военное — производили больше кчинов из наших зародышей.
— Срок жизни кчинов составляет приблизительно пятьдесят земных лет, правильно? — задумчиво сказал Мердок.
Триллит кивнул — точнее, дернул головой в знак согласия — и нетерпеливо задвигал по полу ногами.
— Да, да.
— В таком случае откуда они берутся сейчас? Конфедерация была образована шестьдесят лет назад. Значит, к нашему времени кчинов уже не должно было остаться.
— Совершенно верно.
— Следовательно, вы утверждаете, что тот кчин, который орудует на станции, — один из чудом уцелевших последних экземпляров?
— Пфс-с… — Триллит издал звук, похожий на сипение пара, вырывающегося под сильным давлением из трубы. — Если ты, человек, не ошибаешься, то на станции действительно находится сейчас один из последних великих воинов. А вовсе не «экземпляр», как ты выражаешься, как будто речь идет о каком-то зоологическом виде!
Я бросила на Мердока предостерегающий взгляд.
— Простите, — пробормотал он.
