Террористы устроили взрыв в центре Москвы. А в «Центр Антитеррора» позвонил человек, назвавший себя «Ч», и предупредил, что вскоре то же самое повторится на «Рижской». Когда его слова подтвердились, террорист потребовал пятьсот миллионов долларов, угрожая устроить в Москве кровавую бойню. Но не успели банковские машины доехать до места встречи, как «Ч» захватил торговый центр «Гипер-Максима» и выставил новые, гораздо более крутые условия… Вся надежда на бывшего морпеха подполковника Владимира Мокрушина, агента экстра-класса по имени Рейндж. Вместе с напарницей Аней Измайловой и старым боевым товарищем Алексеем Черкасовым, тоже бывшим морпехом, они покажут террористам, почем фунт лиха…
Не бывает времен хороших и времен плохих. Есть только время, в котором мы живем.
Ассалам алейкум, братья и сестры!
Господа, приостановите свое суетное движение по жизни! Да-да, я именно к вам обращаюсь. Уделите мне минуту вашего времени, хорошо? Хочу сказать вам кое-что важное.
Давайте познакомимся. Меня зовут Фатима, Белая Фатима. Мне двадцать семь, я не ношу хиджаб – я и прежде не носила мусульманских одеяний, – мне разрешено пользоваться косметикой, надевать под плащ короткую юбку и почти прозрачную блузку, разговаривать с незнакомыми мужчинами и даже посещать увеселительные заведения. Короче, я готова на все ради нашего общего дела.
Нет, не надо в ответ рассказывать всю свою биографию. Мне это совершенно не нужно и не интересно.
Я нахожусь в Москве уже около полумесяца. Вы сами знаете, сколь отвратителен и уродлив ваш город. Приходится как-то приспосабливаться. Но мне не хватает здесь, как глотка чистого воздуха, протяжного, переливчатого зова азанчи[1]… Ну и ну! Берите хотя бы пример с Лондона, которому уже вскоре суждено стать главным мусульманским городом Европы: как красиво, звонко, мощно, усиленные динамиками звучат – пять раз в сутки! – азаны, призывы к молитве, в окрестностях Финсбери-Парка и некоторых других, заселенных нашими единоверцами районов некогда чопорной британской столицы…
Ну что, жители Златоглавой, вы уже поняли, каков в действительности главный недостаток вашего города?
Вынуждена была ненадолго прерваться: только что мне позвонили по сотовому и сообщили важную информацию. Времени у меня теперь совсем в обрез, но кое-что, пожалуй, я все же успею вам сказать.
Груженая «Газель» уже заняла свое место в самом начале переулочка, одну сторону которого занимают прошедшие реконструкцию двух– и трехэтажные здания с небольшим паркингом для транспорта руководства этих офисов, а другую, северную, почти целиком – забранная лесами и предохранительной сеткой стена реконструируемого православного храма (когда-нибудь он будет перестроен в мечеть)…
Я вижу, самые сообразительные из вас уже развернули карту города и шарят по ней глазами, пытаясь вычислить, где именно, в какой точке города я сейчас нахожусь.
Некоторые, предполагаю, даже схватились за сердце.
Ладно, позволю себе небольшую подсказку.
Нет, не ищите меня в «местах массового скопления людей», потому что я не «черная» Фатима, я не какая-то там рядовая шахидка-смертница. Я, Белая Фатима, нахожусь сейчас в Центральном округе. Да-да, в самом сердце вашего города… но в относительно тихой его части. Я спокойно себе иду по тротуару, по улице, впадающей в пространство Красной площади… я всего в двух или даже полутора кварталах от восточного входа в ГУМ. Красноватую, как будто облитую подсохшей людской кровью зубчатую стену и одну из кремлевских башен я тоже отсюда вижу вполне отчетливо.
Теперь я должна умолкнуть, но думаю, что вы обо мне еще услышите.
…Двое мужчин, одетые в чистые спецовки и оранжевые каски, один из которых является бригадиром отделочников, а другой и вовсе состоит здесь прорабом, застыли в легком недоумении возле тентованного грузовичка марки «Газель», на кабине и бортах которого, кстати говоря, красовались эмблемы их родной организации – «Горспецстрой».
Прораб подергал ручку со стороны водителя. Заперто. Он хмуро посмотрел на бригадира.
– Что это еще за хрень? Не помню, чтобы я что-то заказывал. Кстати, куда подевался водила?
– А я шо, знаю, дэ вин дився? – почесав в затылке, сказал хохол-бригадир. – Я тильки его в спину видал! Может, хиба за сигаретами пошел? Или в кебабницу за углом занырнув… щоб шо-то покушать?
– П…а его родила! – выругался прораб. – Сколько раз уже было говорено шоферюгам, чтобы подъезжали, значит, с другого боку, а не здесь! Мне осточертело собачиться с местной охраной!..
Как на грех, из дверей ближнего офиса появился упитанный, с изрядной ряшкой, охранник. Лениво покрутил головой по сторонам, остановившись чуть дольше взглядом на двух уже знакомых с виду строителях, базаривших о чем-то своем у затянутой темно-синим тентом грузовой «Газели». В какой-то момент показалось, что он подойдет к этим двоим и устроит прорабу выволочку из-за того, что работающие на реставрации храма строители опять припарковали свой транспорт в неположенном месте. Но нет… охранник широко зевнул и стал прохаживаться вдоль парковки, как будто он вышел на улицу лишь для того, чтобы слегка размять ноги.
– О-го-го! – сказал бригадир, подергав рукой тугой узел на кормовой стяжке (он решил посмотреть, что находится в кузове «Газели»). – Не-е, ну ты дывысь! Як же можно такж вузлы на креплении накручувать?!
– Нич-чего не понимаю! – задумчиво почесав подбородок, сказал прораб. – На сегодня еще утром по наряду все привезли…
