И все же порой, когда удавалось сбежать от внимания надоевших наставников и остаться в одиночестве под полыхающим зеленым пламенем небом, в душе что-то екало. Однажды, вернувшись домой под утро и изрядно промерзшей, Ная даже поддалась порыву и отыскала засунутую подальше потрепанную книжицу, в которой кто-то из ее прабабок педантично записал многие ритуалы. И наверняка той прогрессивной прабабке страшно попало — до нее такие вещи передавались только устно.
— Если каждый будет интересоваться нашим ведовством, рано или поздно оно опошлится, и ты о нем будешь говорить с тем же пренебрежением, что и о бардах. А им от их поверхности только проще — их боятся, но без потустороннего ужаса, из-за которого появляется желание физически устранить источник страха, и…
Под полом загрохотало, и она резко выпрямилась, с некоторым удивлением обнаружив себя сидящей на кровати в собственной комнате. Из-за окна доносился гомон привычной городской суеты, и Ная, подойдя к нему, отдернула штору, щурясь после полутьмы от солнечного света.
Едва ли не под самым окном пронесся экипаж с королевским гербом, и вслед ему донеслась ругань едва не угодившей под копыта лошадей женщины. Стопка корзин, которую она несла, рассыпалась и раскатилась в разные стороны; проходивший мимо мальчишка кинулся собирать, но замялся и что-то сказал женщине, отчего та только сильнее разозлилась, гневно уперев руки в бока. Слов было не разобрать, но, вероятно, помощник попросил монетку за такую неоценимую услугу. Дети на центральных улицах Лангрии частенько подряжались выполнить мелкие подсобные работы или вызывались побегать курьером, но этот что-то сильно обнаглел.
Досматривать, чем закончилось дело, Ная не стала. Разбираться, судя по начавшей собираться толпе, будут еще долго — пока накричатся в свое удовольствие, пока перемоют косточки молодежи, совсем потерявшей стыд…
Ная зевнула и посмотрелась в зеркало, одной рукой расплетая собранную на ночь косу, а второй нашаривая расческу. Краска, придававшая коже загар, начала бледнеть, но прямо сейчас можно не суетиться. А вот перед следующим приемом Крейга, пожалуй, придется подновить.
Снизу снова застучало, и она, спешно одевшись и натянув парик, спустилась в зал. Двое сосредоточенных мужчин устанавливали по бокам от сцены монументальные конструкции, напоминающие бревна, обмотанные гирляндами из флажков в цветах Лангрии — одни белые, другие оранжевые и зеленые. Суетящаяся рядом женщина ловко уворачивалась от молотков в их руках и втыкала в бревна палочки с такими же цветными лоскутками. Сооружения помаленьку начинали напоминать осенние деревья, особенно если издалека и не всматриваться, а флажки, по всей видимости, были листьями.
У стойки о чем-то воодушевленно щебетала с двумя мужчинами Лу; одним из собеседников подруги был давешний Ульрик, второго Ная опознала как спонсора, которого Луиза привлекала еще в первый год работы кабаре. Деньги ему давно вернули, больше брать не собирались, но он все равно считал себя вправе интересоваться делами заведения и весьма настойчиво в них лезть. Лу регулярно приходилось от него отбиваться, действуя исключительно дипломатично и вежливо: ссориться с крупным городским дельцом, владеющим известным по всему королевству производством тканей, причем не простого льна или сукна, а более дорогих и редких вроде шелка.
Судя по тому, что Луиза выглядела как графиня, только вышедшая из королевского дворца, она собиралась пустить в ход все свое дворянское обаяние. Облокотившийся о стойку Ульрик активно поддакивал, явно участвуя в усмирении переполненного тягой к прекрасному дельца.
— Доброе утро, — в руку ей ткнулась чашка чая, и Ная с благодарностью ее приняла.
— И тебе того же. Чего господин Рандо хочет от нашей графини?
— Он в свое время помогал Луизе найти помещение. Вот этот дом как раз, — Дорг сел на нижнюю ступеньку лестницы и с одобрением похлопал по столбику перил. — Выкупил его, а потом перепродал Луизе же в рассрочку под небольшой процент. Особо никогда не зверствовал, так что сейчас они… не друзья, но что-то вроде хороших деловых приятелей.
— Деловые приятели — интересно сказано.
— Он же не все время с нами работает. Так, от случая к случаю, так что партнером язык не поворачивается назвать. Слушай, ты сегодня сильно занята?
— Схожу до апартаментов Хорна, надо пообщаться с баронессой Эрнот. А ты что хотел?
— Будь другом, зайди в лавку Лероя, а? — Дорг протянул ей сложенный пополам лист бумаги. — У нас ни бутылки вина, пусть по списку доставит. А то я, чтоб их всех, застрял здесь, наблюдая, как бы чего не свернули.
— Сочувствую, — Ная хлопнула его по плечу, отдала кружку и, забрав список, побрела обратно в комнату. Раз дом не разваливается, его не обносят бандиты и в нем не происходит убийство, можно позволить себе нормально собраться. Для начала — хотя бы умыться.
— Так ты зайдешь? Тебе это все равно по пути к Хорну, — окликнул ее Дорг, на что она только махнула рукой.
