— Небольшая помощь от друга. Единственный способ, чтобы от меня отстали те, у кого зуб на Крейга, я им много планов за это время поломала.
— Почему не предупредила? И… что это на тебе? — удивилась Луиза, когда слезы утихли, и она стала замечать окружающий мир.
— Лежала без сознания, — Ная усадила ее в кресло и устроилась на подлокотнике. — А рубашка… долгая история.
И теперь настала ее очередь вслед за Роем и принцем играть в умолчания — Лу Ная доверяла в чем-то даже больше, чем себе, но уж очень неоднозначным человеком прослыл Рой в глазах общественности, чтобы одно его упоминание не заставило беспокоиться. Да, были знакомы уже какое-то время, но не слишком близко, поэтому и устраивала допрос принцу в первую встречу. Да, он предупредил о провокации и даже помогал тогда в кабаре, и письмо вечером было от него, и он же защитил от напавшего человека в капюшоне.
И за рамками истории остались его сложные отношения и устроенный в кабаке спектакль, нежелание показываться на глаза Крейгу и проведенная ночь — этого бы Луиза уже могла не понять.
— Я должна была отказать ему, когда просил встретиться с тобой, — обреченно сказала Лу. — Я же знала, что ты не лезешь в политику, не стоило затаскивать силой.
— А я добровольно согласилась. И если бы с Крейгом что-то случилась, грызлась бы ты уже из-за этого. И, уверяю, была бы готова отдать все свое кабаре ради того, чтобы исправить ошибку. Мы в той ситуации, когда со всех сторон болото, и чтобы не страдать, проще всего не иметь привязанностей.
— Проще всего было бы в него влюбиться и правда выйти замуж, мезальянса бы не получилось, наше положение почти равно. И он, конечно, мне симпатичен, но это не любовь, даже не влюбленность, — она обессиленно уткнулась лбом в руку Наи. — Я два дня думала, насколько это решило бы мои проблемы. Заткнуло бы рот семье, да и деньги… Но что тогда останется от меня самой?
— Кстати, о деньгах. Ты знаешь, что Дорг хочет вложить в ремонт свои накопления? Уж не знаю, сколько у него есть, но я так поняла, не сотня крон. И, поверь эмпату, не ради того, чтобы соблазнить тебя.
— Если ты пытаешь меня отвлечь, шутка неудачная.
— Нет, я серьезно. И… пока не забыла. Я попросила Крейга весь мой гонорар тоже вложить в восстановление кабаре. Здесь деньги нужнее, а я скоро уеду в столицу и заработаю еще.
— Не надо такого виноватого тона, — проницательно усмехнулась Луиза, когда Ная замолчала, и выпрямилась, собирая и перебрасывая через плечо волосы, чтобы заплести косу. Кажется, она приходила в себя, и вместе с тем к ней возвращалось деловое настроение. — Я же знаю, что пытаться удержать тебя на одном месте все равно, что загнать в банку стихию. Езжай, так тебе, возможно, будет безопаснее. И добрый совет: держись осторожней с этим… Роем. Слухи на пустом месте не рождаются.
Ная только невнятно кивнула и промолчала, побоявшись выдать голосом, что не собирается прислушиваться к совету, а надежда подруги окажется напрасной. Упасть на хвост Ильяне — не самое безопасное занятие, особенно в компании с Роем.
Вернуть кабаре приличный вид за четыре дня было выше человеческих возможностей, да они и не пытались, наоборот, воспользовались случаем и поводом к перестройке и доломали то, что еще стояло. Лу смотрела на выходки сквозь пальцы, в первый день только ехидно попросила не снести случайно стены, а то от груды камней толку будет немного.
Сама она на удивление быстро взяла себя в руки и больше не распугивала людей затрапезным видом, зато развила бурную деятельность, активно общаясь с архитекторами и специалистами по обустройству помещений. Рекомендовал их Крейг, отказываться она не стала, смирившись с его неизбежным участием.
Для Наи это стало отдушиной после долгого накапливания утомления и неожиданной возможностью почувствовать себя нужной не только из-за ведьмовского дара, но и музыки, и таланта сочинять истории, о которых она сама почти забыла и которыми на пару с Доргом развлекала заумного вида мужчину, взявшегося вносить предложения по улучшению акустики зала.
Между делом она снова взялась за пьесу о нелегкой судьбе королевского телохранителя, заметки к которой набрасывала по дороге из Квинсы. Конечно, в ближайшие лет десять никто не возьмется ее ставить, но после пережитых стрессов и в сравнительно спокойной обстановке вдохновение било ключом.
— Я сейчас расплачусь, — пропыхтел Дорг, ковыряясь в паркете и одновременно пытаясь слушать отрывки. Он с фанатичной упертостью задался целью изучить характеристики паркета, чтобы потом следить за мастерами, и мешать ему побоялись. — Может быть, ты придумаешь что-нибудь про то, как герои жили долго и счастливо? Кажется, нам не хватает жизнеутверждающих мотивов.
— Скучно и нежизненно.
— Зато всеобщая смерть встречается на каждом углу… Ай! Господин, мы сейчас закрыты, но если нужна графиня, можете зайти вечером, она на встрече, — Дорг прищемил палец и на дверной колокольчик обернулся со страдальческим и совсем не дружелюбным выражением лица.
