- А на войне ведь бывают случаи, когда стоять на месте выгодно. Может, сейчас такой случай? - продолжал спрашивать Влад.
- Не знаю, - с сомнением произнёс Тамаш и сел на койке, потому что уснуть ему всё равно не давали. - Войско остаётся на месте, если выбрано удобное поле, где можно встретить врага. А мы сейчас ждём не врага. Мы ждём гонца. Он приедет и скажет, куда пошли турки, и где мы сможем вернее всего перехватить их. Гонцы приезжают каждый день, но господину Гуньяди не нравятся те сведения, которые он получает. Не знаю... Может ему хочется подпустить врага поближе? В этом есть своя выгода. Зачем нам бегать за этими погаными? Пускай поганые сами к нам приходят, а мы их побьём, где им будет угодно.
- А дальше двинемся в Сербию, - добавил грузноватый наемник. - Там тоже много турков, которые никак не дождутся от нас хорошей...
Последнего слова Влад толком не расслышал и не понял, но, наверное, оно означало "трёпка". Ласло, тоже навостривший уши, казалось, расслышал чуть больше.
Только сейчас княжич заметил, что наемники говорят странно. Их речь состояла частью из венгерских слов, а частью из других, взятых будто из славянского языка, но сильно исковерканных. Постоянно мелькало слово "поганые". Даже румыны употребляли его в повседневном обиходе, а вот венгры сказали бы "нехристи". А ещё Влад распознал славянские слова "пища" и "враг", но другие распознать не мог. Два языка соединялись, как две лошади, бегущие в одной упряжке - вроде бы разные, но тянут общий воз, а в этот воз навалилось столько всего!
"А вдруг эти незнакомые слова считаются ругательные? - подумал княжич. - Оттого я их и не знаю. Но вот венгерские они или нет? А может, это ругательные невенгерские слова?"
Догадку по поводу бранных слов косвенно подтверждало поведение десятилетнего Ласло, который слушал очень внимательно и, судя по шевелению губ, стремился заучить отдельные фразы. Влад тоже начал вслушиваться с особым вниманием.
- Когда мы попадём в Сербию, поганые не обрадуются, - мечтательно произнёс грузноватый наемник.
- Зато местные жёнки будут рады, - сказал вояка в сине-зелёном кафтане. - Я слышал, там много вдовых. А мужей сильно убыло.
- Жёнки само собой будут рады, - сказал наемник с узким глазом. - А мужья, которые остались, будут глядеть исподлобья.
- Да пусть глядят и идут себе на... - начал вояка в сине-зелёном кафтане, но оглянулся на Ласло и осёкся.
- Да. Пускай они идут куда-нибудь, куда им угодно, - поспешно подхватил Тамаш.
- Сербы могли показать свою храбрость, когда воевали с султаном без нас, но не показали, - заявил воин с узким глазом. - Теперь мы сделаем то, чего не сделали они, и получим всё, что нам причитается!
Влад решил спросить:
- А где вы жили до того, как пришли на службу к дяде Яношу?
- В Богемии, - ответил грузноватый наемник и, указывая на воина в сине-зелёном кафтане, добавил, - а вот он в Моравии.
- Ясно, - кивнул княжич.
- А ты что, там бывал? - спросил Тамаш.
- Мой отец там бывал, а я пока нет, - ответил Влад и тут вспомнил отцовы рассказы.
Родитель ведь, когда ехал в Нюрнберг через Богемию, слышал вокруг "почти славянскую речь". Теперь эта часть истории сделалась понятной. Повстречав богемцев в здешнем лагере, княжич почувствовал себя так, будто сам совершил путешествие в Богемию. Судьба Влада опять совпала с судьбой его отца, совпала чудесным образом, и от этого отроку сделалось очень приятно, но и без этого Влад остался бы доволен нынешними событиями. "Хорошо, что Ласло позвал меня с собой в лагерь, - подумал он. - Ради такого не жалко и обедню пропустить".
Княжич задумался, о чём ещё мог бы спросить наемников, но серьёзных вопросов придумать не удавалось. Значит, можно было задавать ерундовые. Например, про ту вещь, что валялась в углу шатра:
- А чья одежда там лежит? - спросил Влад.
- Моя, - усмехнулся вояка в сине-зелёном кафтане. - Что? Нравится? Хочешь - забирай.
- Нет, мне не надо, - помотал головой княжич.
Меж тем богемцы - или чехи, как их иногда называли, - не догадывались, что чешский язык похож на славянский. Грузноватый воин и его товарищ с узким глазом тихо беседовали по-чешски и думали, что их речь звучит для гостей как полная бессмыслица, а раз гости не понимают, то стесняться в выражениях незачем. Собеседники посмеивались, обсуждая сине-зелёный кафтан, который ещё вчера принадлежал Тамашу и вызывал всеобщую зависть, а нынешний владелец "купил" эту вещь, выгадав подходящий момент.
Влад понимал разговоры, но не смог бы повторить. Лишь последняя фраза запомнилась княжичу именно так, как была сказана. Она прозвучала немного громче предыдущих. Грузноватый наемник, указывая на обладателя сине-зелёного кафтана, пробормотал:
- ...хитрый, яко Соломоново говно.
