Отступив за колонны, чтобы не мешать лекции, альтмер неспешно двинулся в его сторону, и Силгвир, сочтя приветствие необходимым после подобного начала знакомства, направился ему навстречу. Вблизи офицер оказался непохож на Анкано – породистое симметричное лицо было практически лишено врожденных черт надменности или презрения ко всему вокруг, чем с излишком одарил Коллегию бывший советник. Силгвир смотрел на него без страха и без неприязни, как смотрел на всякого своего противника.
Кем бы ни был враг, если он стал или станет твоим врагом – он должен быть достоин тебя. Хороший охотник уважает Жертву, Братьев-по-Охоте и саму Охоту; презрению в ней нет места.
Альтмер слегка поклонился, изящно и ровно с той долей уважения, что приличествовало выказать талморскому офицеру при знакомстве с не талморцем, и Силгвир, оценив этот жест, ответил более простым поклоном. Уголки губ высокого эльфа одобрительно дрогнули.
- Доброго дня, незнакомец. Я вижу, ты не впервые в Коллегии Винтерхолда, - голос у него тоже был приятный – мягкий, как у многих высоких эльфов, но при этом не сочащийся ядовито-сладким медом. Этот мер слишком многим к себе располагал с первого же слова.
Такая добыча опасна.
- Так и есть, - ответил стрелок. – Я не обучаюсь волшебству, но здешняя библиотека дала мне многое. Взамен я помогаю магам Коллегии, когда им это нужно.
- Тогда, должно быть, я говорю с Силгвиром, прозванным Довакином. Это большая честь. Моё имя Вираннир, и я искренне рад тому, что архимаг Толфдир согласился сотрудничать с Талмором и принять талморского офицера в Коллегию.
- Я сомневаюсь, что талморские маги могут найти новые знания здесь, - Силгвир повернул голову в сторону студентов. – Коллегия обучает только тех, кто почти не умеет колдовать.
- Вы ошибаетесь, - спокойно возразил Вираннир, - обмен опытом и знаниями полезен для всех. Мне позволено временно преподавать здесь, поскольку я являюсь специалистом по теоретическому Изменению. В данное время Коллегия объединила в себе три магических школы: исконную нордскую, сиродильскую и алинорскую, что само по себе поразительно.
- Сиродильскую? – прищурился Силгвир. Вираннир мягко улыбнулся, отчего его золотые глаза словно засветились изнутри теплым алинорским солнцем.
- Да. Чтобы не вызвать политического обострения, Коллегия приняла в свои ряды двух специалистов – меня и мою имперскую коллегу, Циссию Терес. Признаться, это восхитительный случай для всех интересующихся нашей наукой.
Силгвир с тоской вспомнил о Нелоте. Вот уж Тельванни воистину почувствовал бы себя в своей стихии, окунувшись в политическую борьбу. Босмер же, хоть и вынужденно участвовал в непрекращающейся грызне трех сторон за северную провинцию, старался держаться от нее в стороне: после долгих бесед с Делвином Меллори и Мерсером Фреем в Гильдии воров он приобрел более четкие представления о влиянии и возможностях политики, от которой был довольно далек.
И после этих бесед захотел стать ещё дальше.
- Но я не смею более отвлекать вас от дел, - Вираннир вновь легко поклонился, прижав правую руку к груди. – Да направит вас свет Аури-Эля.
Силгвир постарался ответить столь же почтительно, хотя отчетливо осознавал, насколько дикарскими должны казаться его манеры офицеру-альтмеру. Он готов был поклясться, впервые в его жизни талморский юстициар (эмиссар? советник? какую должность занимал Вираннир на самом деле?) был столь уважительно-вежлив и доброжелателен с ним. Обычно высокие эльфы чтили своим уважением только равных себе, а это значило – только высоких эльфов, и даже среди них далеко не каждого.
Вираннир вернулся на своё прежнее место, Силгвир же, убедившись, что внимание талморца сосредоточено на лекции, нырнул на темную лестницу, ведущую к библиотеке. Едва толкнув ведущую в Арканеум дверь, он с пьянящим удовольствием вдохнул царивший здесь запах старых пергаментов и бумаг.
На самом деле, он соскучился.
- Никаких книг для проходимцев!
- Ты смеешь оскорблять меня, бесправный выкормыш прогнившего до корней рода? Твоя кровь – унижение для моего меча.
Ураг в гневе затряс седой бородой. Силгвир мгновенно припомнил давнее предупреждение библиотекаря об атронахах и еще свежее в памяти предупреждение Рагота о жертвоприношениях. Отчаянно вопросив И‘ффре, каким образом можно было довести дело до боевой магии за несколько минут, босмер стремительно вклинился между разъяренным орком и гордо усмехающимся жрецом.
- Ураг, извини, пожалуйста, меня талморец задержал, - сообщил Силгвир, смело подняв глаза на орка. – Это… это маг с юга Скайрима, из Рифтена, он со мной. Что у вас случилось?
- Что случилось?! – громыхнул Ураг, сжимая кулаки. – Этот ублюдок пришёл сюда как к себе домой, а в ответ на моё замечание принялся за оскорбления! С каких пор ты приводишь в мой Арканеум рифтенских выходцев?!
- Малоково отродье, - презрительно процедил Рагот. – Кимеры побрезговали марать о вас руки и клинки, а твоему народу даже не хватило гордости хотя бы оборвать свой позор. Что этот червь делает в обители знаний Севера, Довакиин?
