— Спасибо тебе, — сказала Багрова роботу.
Вот тут компьютер УКИС, пожалуй впервые за сегодняшний день, задумался по-настоящему.
— Пожалуйста, — неуверенно ответил робот.
— Наш институт вычислил их год назад, — чуть не плакал Таль. — Мы следили. Я три месяца сидел на Алан рядом с чужими… Как сто лет. Вы — безответственные, зарвавшиеся девчонки… Только попробуйте их отпустить…
— И кого теперь мне больше бояться, — спросила Шет у Высочина, — людей или вас?
Репликант ничего не ответил.
Таль смерил Шет взглядом. Лактионов сделал два шага и стал рядом с девушкой. Настоящий защитник.
— Мне кто-нибудь объяснит… — начал Саае.
— Ах, Генри, — сказал Робсон. — Все хорошо, что хорошо кончается. Обошел цилиндр, засунул под ванну руку, достал непослушную «кошечку». Вернулся и победным жестом вколол заколку в рыжую головку Шет.
Потом все смотрели, как «нечто смиренного морока» — Высочин, Жебит и Карас — садятся в катер. До стыковочного узла никто из них человеческий облик не поменял. Не могли? Не имели права? А может, нечего было менять? У шлюза Высочин повернулся, и Виктория перехватила его злой, растерянный взгляд.
Бот отчалил. «Пифей» отпустил маленькую ракету и она, плавно обогнув корму корабля, устремилась к Цере. Ее там, наверняка, ждут и подберут. Иначе зачем улетать к звезде?
Вернулся Ретереро. Багрова, оказавшись на корабле, расцеловала Фредерика в обе щеки и сразу устроилась в гостевой каюте диктовать отчет. А смущенный оперативник отправился на очередное совещание к Лактионову.
Шет решила, что дел на сегодня хватит и забралась в каюту врача, которому все равно половину ночи пришлось наводить порядок в медицинском отсеке. Тревожить Викторию никто не стал. Хотя на корабле, да и на секторальной базе, выспаться удалось немногим.
Некоторое время Шет бездумно пялилась на выключенный монитор, вспоминая глаза Высочина. Кого ей больше придется бояться? Потом устало разделась, напялила на себя одну из рубашек Робсона, засунула заколку в нагрудный кармашек и провалилась во всепрощающее небытие.
Открыла глаза через несколько часов и обнаружила сидящего у своих ног Джека Робсона.
— Сколько времени? Почему не разбудили?
— Когда ты спишь — все гораздо спокойней, — признался Джек. Шет сладко потянулась.
— Что там?
— Бегают. Спорят. Ссорятся. Таль связался с «Обещанными встречами» — настаивал на организации погони. Лактионов его послал. Багрова позавтракала и спит. Сюда летит начальник штаба Южной базы и ваш Северцев с толпой помощников…
— Здорово, — сказала Виктория. — А вообще-то, конечно, кошмар.
— Кошмар, — согласился Робсон.
Внимательно посмотрел на девушку. Его рубашка была велика Шет размера на три. Веснушек спросонья не видно. Ну, почти не видно.
— Признайся! Карас, Денис Васильевич, Рид…. Они были «скитальцы», да? — вкрадчиво спросил Джек.
— Нет. Кто угодно, только не «скитальцы».
— Почему?
— «Скитальцев» я знаю. Они совершенно другие.
— Какие, скажи какие, — потребовал Джек.
