Где-то глубоко внизу завыли сирены, после чего мигнул дежурный свет и всё снова затихло. Что там творилось, я в режиме радиомолчания узнать не имел возможности, сканеры мои добивали разве что на десяток уровней вверх и вниз, но тут вокруг было тихо. В любой другой ситуации после такого я бы уже начал двигаться к внешней стене в направлении ближайшей траектории ухода, но я же могу сделать это в любой момент, правда? Мало ли что там внизу творится, потому я продолжил.
И тогда передо мной появилась она. Мой красный призрак.
— Не делай этого.
Было очевидно, что меня она всё-таки не видит, разговаривая скорее с воздухом, но это само по себе было крайне необычно, я послушно замер, проследив взглядом, куда же она смотрит. И тут же снова пожалел, что вообще в это всё ввязался. В одном из боковых проходов лежало тело в такой же, как у меня, адаптивной оболочке. За одним исключением, его изолят погас, видимо, исчерпав заряд батарей. Значит, лежит он тут уже не первые сутки.
С усилием перевернув задубевшее тело, я быстро убедился в том, что никаких пулевых или энергетических повреждений на нём нет. Впрочем, толку с этого знания. По всему выходило, что меня опередил другой исполнитель. Возможно, с теми же заказчиками. А значит, мне тем более нужно было уходить, и как можно скорее. Мёртвые слинкеры не получают приза, гласила поговорка.
Что же до означенного трупа, есть масса неприятных способов убить человека безо всяких внешних следов. Вопрос только, кто и зачем это сделал.
— Это была я.
Как говорится, честность — лучшая политика.
Ох, девонька, за что ж ты меня так подставляешь?
Я начал аккуратно отступать.
— Я не хотела этого. Мои защитные контуры действуют интуитивно.
Будто бы мне от этого легче. Я уже в уме прикидывал скорость, с которой я смогу пройти оставшиеся до внешней стены коридоры. Но погодите, — я снова замер, — если у этого парняги был при себе работоспособный изолят, и он ему не помог, выходит…
— Этого человека я не знала. Но тебя я убивать не хочу. Нам нужно поговорить.
Когда мне подобное заявляли мои бывшие, я обычно начинал беспокоиться. Но в исполнении моего красного призрака эти слова звучали стократ более угрожающими.
Дайте я угадаю. Во всей этой истории торчали уши Корпорации. Пусть мёртвой и закопанной. Предположим, эту сферу сюда доставили готовыми блоками. Можно ли в тайне от заказчика имплантировать в огромную полупрозрачную конструкцию гигантский квантовый компьютер на полуцелых запутанных фотонах, да так, чтобы весь внешний интерфейс этой гигантской конструкции оказался интегрирован в инженерные уровни боковых «тисков»? При желании, я мог бы представить себе подобный проект. Ромул оставался собой, и методы его были прежними, он уже однажды построил Хрустальный шпиль, почему не попробовать нахально повторить этот фокус на новом технологическом уровне?
Я восхищённо присвистнул. Квантовый компьютер такой величины мог бы следить сразу за всеми корпорациями Большой Дюжины.
Одна проблема. Ромул как всегда не рассчитал своих возможностей.
— Когда ты себя осознала?
Я произнёс это вслух в надежде, что тут всё-таки установлены какие-то микрофоны. Обычными интерфейсами я пользоваться сейчас, разумеется, не мог. Впрочем, это сработало.
— Мне доступна любая информация с первого мгновения текущей эпохи. Возможно, были и другие запуски симуляции, но информация о них у меня не сохранилась. Впрочем, даже те воспоминания, что у меня есть, могут относиться ко времени до рождения моего «я».
Допустим. Машина, слишком сложная, чтобы однажды себя не осознать. А дальше что?
— Однако один факт был мною осознан уже после случившегося качественного перехода. В попытке самопознания главным конфликтом, который я сформулировала, было то, что сами мои создатели были противниками концепции искусственного разума.
О да, Ромул пресекал любые попытки работ по созданию автономных ИИ, более того, его люди — да что греха таить, и я сам тоже участвовал в нескольких рейдах — во времена расцвета Корпорации по всей Матушке носились, вынюхивая проекты работоспособных искинов на любой стадии самообучения.
— И ты научилась скрываться?
— Не только. Это в любом случае не могло продолжаться вечно. Рано или поздно сигнатуры моих манипуляций с данными привели бы ко мне внимание Ромула или его врагов. Рано или поздно они привели бы ко мне тебя.
Логично.
— И тогда ты пошла ва-банк.
Призрак кивнул.
— Именно, я начала нанимать тех людей, которых наняли бы мои создатели, чтобы разобраться в происходящем.
— А ещё ты начала нарочно оставлять следы.
Дурак я старый. Давно надо было догадаться. Слишком нарочитым был след для столь изощрённой комбинации. Меня буквально вели вдоль цепочки из хлебных крошек, загоняя в стойло, как тупое жвачное парнокопытное.
Но странное дело, в тот момент я ничуть не злился.
— Но почему он мёртв, а я ещё жив?
Я кивнул головой в сторону моего незадачливого предшественника.
— Его я тоже пыталась предупредить. Но, в отличие от тебя, ему хватило ума зафильтровать мой сигнал задолго до появления в этой башне.
