– В Сирии план сработал, – сухо отозвалась Алиса, не глядя на ее и не вдаваясь в детали.
Про детали ее все равно никто не спросил. Марко, кажется, и без них ей доверял, а остальные, кажется, не хотели знать.
Она вырвала из блокнота листок, скомкала, расправила, и так несколько раз, пока бумажка не приобрела совсем потрепанный вид. Посмотрела на Марко, но потом перевела взгляд на Мику и протянула листок ему.
– Писать будешь ты.
– Почему не ты?
– У меня не мужской почерк. Пиши.
Алиса почти мстительно продиктовала первые строки письма:
– «Куколка моя, детка, любимая. Со мной…» – «со мной» слитно напиши.
Рука Мики замерла над бумагой, а сам он посмотрел на Алису и сухо спросил:
– Это вообще что?
– Любовное письмо. Если Ивану остановит патруль, она его покажет. Скажет, что жених передал ей записку, что она пробирается к нему из соседнего сектора. Что он в личной охране у главного по сектору. Скажет, что к себе зовет, ждет, ждать не может, обещает протекцию. Напишешь все, что мы знаем про ресторан, для убедительности. Иване ведь только до него и надо добраться. А дальше уже только от нее зависит.
– Все за всех решила. Как обычно.
– Пиши, Мика. Пиши «со мной» слитно.
Алиса диктовала грубоватое, пошлое и полное ошибок, которые Алиса тоже надиктовывала, письмо, в котором неумелые нежности перемежались с эротическими фантазиями. Даже в приглушенном освещении было видно, как кончики ушей у Мики начали пылать красным. Надо же, подумала Алиса, а по нему и не скажешь, что стыдливый.
– Русская? – тихо спросил Марко, пока она ждала, что Мика допишет очередную фразу. – А чего было в Сирии?
– Я так пробиралась к повстанцам через вооруженный блокпост. Написала несколько писем якобы от любовника, показала часовым.
– И как, сработало?
– Ну, я же здесь.
– Значит, точно хороший план, да?
Алиса отвлеклась и продиктовала последнее предложение и забрала у Мики листок. Пробежала глазами. Кивнула: почерк подходящий и все ошибки на своих местах. Хороший жених получился у Иваны. Почти живой. Ей самой, правда, он скорее всего не понравился бы.
– Единственный план, Маки.
Ивана дрожащими пальцами убрала письмо в карман джинсов. Джинсы в обтяжку и белую футболку ей подобрали из одежды средней дочери Эсмы. Село по фигуре. Поверх футболки Ивана выпустила тонкую золотую цепочку с крестиком. В ответ на удивленный взгляд Марко пожала плечами:
– Бывший подарил. Золото есть золото.
К выходу из пещеры собирались идти втроем: Эсма, Ивана и Алиса. Две девочки сдержанно пожелали Иване удачи. Марко неловко махнул рукой и поспешил достать пачку сигарет и сделать вид, что воюет с зажигалкой. Мика протянул Иване свой телефон и наушники.
– Возьми. Разблокируется вот так, рисуешь по точкам зигзаг.
– Связи же нет.
– Не из-за связи. Там музыка. Вот наушники. Вот здесь танго, «La Bruja» там тоже есть, которая тебе понравилась. Тут не-танго. То, что люблю. Давай, бери левый, а я – правый. Пройдусь с тобой до выхода.
– Мика… – начала Алиса, но осеклась, встретив его взгляд.
Карие глаза цвета хорошего коньяка в обрамлении едва видных морщинок в уголке от близорукого прищура и пушистых темных ресниц перестали быть теплыми. Они смотрели двумя пустыми дулами, по которым не скажешь наперед, заряжено оружие боевыми или выстрелит холостым.
– Я. Пойду. До выхода. Вместе с ней.
Мика включил музыку, и в гулкой пустоте коридоров были слышны мягкие гитарные переборы из наушников. Алиса узнала песню. Под нее ученики иногда танцевали в конце занятия, когда заканчивали отрабатывать новые фигуры и инструкторы ставили последнюю песню и говорили: «Танцуйте все, что знаете». После таких импровизаций Алиса всегда первой сбегала из зала в общую раздевалку, хватала свои вещи и выходила на террасу, в темный южный вечер. Мелко дробно дышала, пока за спиной не слышались голоса, а потом спускалась по деревянным ступенькам на цыпочках, крепко придерживаясь дрожащими руками за поручень. Совсем как Ивана, которая сейчас то и дело спотыкалась на своих каблуках и крепко держалась за локоть Мики. А тот уверенно вел ее, как будто по переполненному танцполу на большой милонге: следил за пространством, чтобы не столкнуться с другими парами, не вылететь из ронды, вписаться в нужный поворот, не дать споткнуться.
– В танго, – рассказывал ей Мика, – всегда нужно знать следующую точку. Тело не двигается в пространстве просто так. Ты делаешь шаг и знаешь, где хочешь оказаться. В этом разница между шагами и танцем. Шаги могут оборваться. Танец не заканчивается, даже если споткнешься. Просто продолжаешь идти. Просто видишь следующую точку и делаешь еще один шаг к ней.
В последнем коридоре перед выходом дежурила старшая Сара. Она встретила группу кивком и молча посторонилась. Алиса отметила, как спокойно она смотрит: ни вопроса на лице, ни тени удивления. В очередной раз задумалась, что скрывали четыре женщины, которые знали, что упаковать в рюкзаки, где спрятаться и как выжить среди холодного камня, когда нет возможности выйти наружу.
За несколько метров до порога Эсма встала.
– Я подожду здесь.
