— И зачем вы связались с наивной девчонкой? — усмехнулась Оля. — Зачем я вам?
— Если бы я знал! — вырвалось у него.
Бобриков не лгал, когда сказал ей, что она ему понравилась с первого взгляда там, на даче у Савицких. Но вряд ли он стал бы тратить время на нее — Михаил Ильич привык тратить свое время на работу и другие занятия, приносящие ему неплохой доход. Однако, узнав, что Оля — дочь Казакова, он задумался… Этот чертов писака немало попортил ему крови, написав фельетон про его станцию техобслуживания, и хотя в общем-то все обошлось, нашлись влиятельные люди, которые защитили Михаила Ильича, но ненависть к Казакову осталась. И было бы недурно отомстить ему, тем более представился такой редкостный случай! Главным образом поэтому он и занялся его дочерью, но девчонка оказалась крепким орешком! Не так-то просто было с ней. И чем больше он встречался с ней, тем больше она ему нравилась. Об ее отце они никогда не говорили — слава богу, Оля ничего не знала про тот давнишний фельетон, да и никто про него теперь не вспоминает, столько лет прошло! Вспоминает лишь он сам, Бобриков. И до самой смерти не простит этого Казакову! Михаил Ильич не привык ничего прощать своим врагам, а Вадим Федорович стал его заклятым врагом. И он, идиот, еще помогал писаке с его паршивой машиной, ремонтировал ее! Знакомые старались при нем не вспоминать про Казакова, сам Бобриков не прочел ни одной его книги.
Если бы все произошло так, как он тогда задумал в Комарове, прогуливаясь с Олей по берегу Финского залива, он почувствовал бы себя отмщенным. Хотелось бы ему увидеть лицо Казакова, когда бы тот узнал про бурный роман Бобрикова с его любимой дочерью! Но бурного романа не получилось, девчонка не походила на тех современных девиц, которые сами к нему липли… К жажде мести теперь примешалось и уязвленное мужское самолюбие: он должен во что бы то ни стало добиться своего!
— А где ваша машина? Ваш роскошный «мерседес»?
— Какой-то кретин на грузовике помял крыло, — ответил Бобриков. — Мои ребята, конечно, сделают все как надо, а пока придется поездить на «Жигулях»… — Он взглянул на нее и с ноткой превосходства прибавил: — Мне ведь любой рад отдать свою машину хоть на месяц!
— Ценный вы человек!
— У меня много друзей, — скромно заметил он.
— Уж скорее — клиентов!
— Я думал о тебе, Оля, — сказал он. — Вот как-нибудь приеду к твоему институту, а тебя встречает другой…
— В прошлое воскресенье ко мне на Дворцовой площади привязался длинный парень из Перми, — стала рассказывать Оля. — Парень оказался умным, прекрасно разбирающимся в живописи… Мы с ним пообедали, потом поехали в Зеленогорск и купались до самого вечера…
— Ну и дальше? — мрачно спросил Бобриков.
— Он проводил меня пешком с Финляндского до дома…
— Зачем ты мне все это рассказываешь?
— Не знаю, — улыбнулась она. — Парень поцеловал мне руку и сказал, что я — вылитая герцогиня де Бофор с картины Гейнсборо. Прямо на стене в парадной нацарапал ручкой свой адрес и сказал: дескать, если мне станет совсем плохо, то я могу в любое время приехать в Пермь, где у меня есть теперь настоящий верный друг… Странно, в наш век — и такой старомодный, прямо-таки средневековый рыцарь-кавалер.
— Очень милая история… — усмехнулся Михаил Ильич.
— Я запомнила его адрес, — задумчиво продолжала девушка. — Может, когда-нибудь и приеду к нему в Пермь.
— Когда будет плохо?
— Я не люблю свои невзгоды перекладывать на близких и знакомых, — ответила Оля. — Если я и поеду к нему, то скорее всего тогда, когда мне будет хорошо.
За билетами не было очереди. До начала фильма посидели наверху в баре. Выпили апельсинового напитка с мороженым. Потом спустились в зал. Впотьмах он взял узкую ладонь девушки в свою и не отпускал до конца сеанса. У него была дурная привычка — наперед рассказывать действие фильма, на них шикали сзади и спереди, не нравилось это и Оле. Ладонь вспотела в его руке, но вытащить ее так и не удалось. Хорошо еще, что фильм захватил девушку и она про все забыла. Умный человек, а ведет себя как школьник… Если раньше Оля не замечала за ним промахов, ей казалось, что Михаил Ильич — идеальный мужчина, то теперь многое в нем раздражало ее. Не зря ведь мудрецы утверждают, что влюбленный глупеет. Разве умный человек, которому нравится девушка, стал бы вести себя так? Ведь он только отталкивает ее от себя… И странно, что он этого не замечает.
— Ну и что твой хваленый Бельмондо? Играет каких-то кретинов… Фильм-то глупый. Большие артисты отказываются в таких фильмах сниматься.
