Он растягивается на песке, опирается на локоть и смотрит на меня с довольной улыбкой, я поворачиваюсь на бок и повторяю его позу. Теперь одной рукой я подпираю голову, а вот что делать со второй, не знаю. Может быть, все дело в тепле, исходящем от песка, или может все потому, что он невероятно привлекательно выглядит в этой футболке и джинсах, но все, чего мне сейчас хочется – это дотянуться до него и положить свою свободную руку на маленький кусочек тела, выглядывающий из-под задравшейся футболки. В голове уже возникает картинка – Беннетт притягивает меня, впивается в мои губы страстным поцелуем, и мы перекатываемся по песку, в общем, словно на фотосессии для рекламы туалетной воды. Но тут я вспоминаю тот вечер, когда он провожал меня домой после кофейни, и я, собрав все свое мужество, схватила его за лацкан пальто, а в итоге осталась стоять одна, отвергнутая, в снегу. Поэтому не могу заставить себя дотронуться до него, и вместо этого начинаю свободной рукой чертить круги на песке.
— Так значит… — говорю я, — Таиланд.
На его лице торжествующая улыбка.
Буквально мгновение рассматриваю его, теряясь в догадках – почему он так беспокоился, захочу ли я попасть сюда. Разве кто-нибудь смог бы отказаться от участия в чем-то таком необычном, невозможном? Таком… магическом?
— Не понимаю. Что здесь может не понравится?
Посмотрев на его улыбающееся лицо, начинает возникать ощущение, словно я только что прошла какой-то тест для перехода на следующий уровень, будто у него в голове выстроен некий список, а напротив слов «телепортироваться на безлюдный остров / не шокирована» теперь стоит «галочка».
Но я помню, что Беннетт еще о многом должен мне рассказать. А точнее, еще о двух вещах. Наверное, мне стоит просто расслабиться, сидеть на песке и наслаждаться видом, но я не могу. Мне нужны ответы.
— Как ты вчера узнал, что мне нужна помощь?
— А я и не знал. Я просто зашел, чтобы взять книгу про Мексику. Для задания Арготты о путешествиях.
Я, конечно, не во всем, что происходило вчера вечером, уверена на сто процентов, но вот в том, что была в магазине одна, когда вошел грабитель с ножом, уверена полностью.
— А вот и нет. Тебя не было в магазине.
Он придвигается ближе ко мне, и мое сердце начинает бешено стучать просто от мысли, что он сейчас может дотронуться до меня, но вместо этого он набирает горсть песка и пропускает его через пальцы.
— Уверена, что хочешь знать, как все было на самом деле?
Молча смотрю на него и, наконец, киваю.
— Ограбление происходило не совсем так, как ты его помнишь.
Песок в руке Беннетта заканчивается, он вытирает ладонь о джинсы и смотрит на меня, оценивает реакцию.
Удивленно приподнимаю брови и жду.
— Я вошел в магазин. Мы говорили о Мексике. А потом в дверь ворвался этот парень.
— Исключено. Я все помню. Я была в магазине одна.
Тут Беннетт обрывает меня:
— Позволь мне объяснить. В той версии, которую ты помнишь, ты была одна. Но в первый раз все было по-другому.
— В
первый
раз?
— В первый раз я был в магазине. Мы обсуждали наши планы путешествий. Когда открылась дверь, ты поднялась с пола для того, чтобы помочь человеку, ты ведь думала, что это покупатель, а он схватил тебя. Но меня он не видел, так что у меня было время, чтобы исчезнуть.
Вспоминаю фокус, который Беннетт не так давно показал мне, – Боже! Сколько времени уже прошло? Минут пятнадцать или около того? – как он сидит на стуле в кухне, в следующую секунду уже растворяется в воздухе, и появляется вновь на том же месте минуту спустя. Хорошо, допустим, он точно так же исчезал вчера вечером, но это не объясняет, как я только что была с ножом у горла, и вдруг оказалась стоящей под вязом посреди метели.
— Я исчез из книжного магазина, вернулся на пять минут раньше, но уже в задней комнате и позвонил 911.
Тот голос. Звук, доносившийся из задней комнаты.
— Я слышала тебя…
Отдельные детали начинают всплывать в памяти по кусочкам, но в общую картину все еще не складываются. Что он имеет ввиду, говоря «в первый раз»?
— Постой-ка. Ты только что сказал, что вернулся? На пять минут раньше?
Он кивает. — Да, я вернулся.
— Назад во времени?
Он качает головой и стыдливо улыбается: — Так я тоже умею…
— Ты
вернулся
в прошлое. И
изменил
то, что произошло?
Он глуповато усмехается, словно сожалеет о том, что произошло, но для меня сейчас это уже слишком: — Будто второй дубль какой-то.
— Так почему ты просто не предупредил меня о том, что будет ограбление? Или, скажем, не закрыл засов до того, как он вошел?
Не хочу показаться неблагодарной, но сама мысль о том, что можно было избежать удовольствия почувствовать холодный нож у горла, мне невыносима.
