Вера сходила в ванную за тоником и теперь, поглядывая на экран монитора, тщательно удаляла с лица надоевший грим. Камеры транслировали на экран изображение двух ее подопечных. За Валентином Сафоновым в принципе можно было бы уже и не приглядывать. Он просто спал. Спал, как все обычные люди. У него уже все было в порядке. После возвращения Вера, опасаясь за его здоровье вообще и состояние разума в частности, продержала Валентина пять дней в искусственной коме. Он был еще очень слаб, с ним, конечно, придется повозиться, но самое страшное уже позади. Последний выход в слиперский полет останется для него без последствий. Он даже через некоторое время сможет продолжать работу, если захочет, конечно. Все-таки последнее задание чуть было не стало для него роковым. Ценой огромных усилий ему тогда удалось отбиться и вернуться в свое тело.
После возвращения Валентина с задания у Лобова возникли опасения, что вслед за ним мог проникнуть вражеский соглядатай, поэтому они, бросив свою лабораторию и погрузив в реанимобиль слипера, в пожарном порядке перебрались на запасную базу. Там пробыли семь дней. За это время Лобов проверил и физически, и ментально основную базу. Там так никто и не появился. Следовательно, Валентин за собой не привел «хвоста». Они вернулись в свою лабораторию на «Микродвигателе».
Ракитин же пребывал в полете. Он находился в этом состоянии уже девятые сутки. Такого в их с Лобовым практике еще не бывало. Обычно сон слипера продолжался несколько часов, максимум сутки. Но и задание у Саши было весьма необычным. Суть его Лобов сформулировал для Ракитина после долгого разговора с уже пришедшим в себя Валентином и нескольких уточняющих полетов Нины Федоровны.
Лобов с чего-то взял, что главные их противники живут не только сейчас, но и в прошлом, причем в прошлом они должны быть уязвимее, чем в настоящем. А поскольку в духовно-нематериальном мире прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно, то можно попытаться нанести удар негодяям-заговорщикам лет эдак за семьсот-восемьсот от настоящего момента, воспользовавшись их тогдашней относительной слабостью. Лобов настойчиво пытался донести до Веры теорию этого вопроса, но она, пропустив большую часть услышанного мимо ушей, попросила оставить ее в покое. Ее рациональная женская сущность буквально протестовала против любых попыток подвести теоретическую базу под эти чудеса в решете. Ей, собственно, и практических чудес за глаза достаточно. Не хватало еще думать над тем, почему именно они происходят. И так ум за разум заходит. Рассказать кому, чем они на работе занимаются, — не поверят. А если поверят, то сразу в дурку определят, а то и еще куда-нибудь похлеще.
Методики отправки слиперов в прошлое у них не было никакой. Так вот, Лобов выдвинул гипотезу, что если слипер перед выполнением задания установит контакт с неким материальным объектом древнего происхождения, то при выходе в мир духовно-нематериальный он сможет использовать этот объект как якорь. И сумеет перенестись во время, когда этот объект был создан. А дальше — по обстоятельствам. Надо найти подходящего носителя, встроиться в него и взять под контроль его разум. Поскольку Валентин был еще очень слаб и не мог работать, отрабатывать методику путешествия в прошлое Лобов решил с Ракитиным.
«Микродвигатель» находился на территории древнего Старо-Симонова монастыря. Удивительно, но судьба пощадила монастырский собор Рождества Пресвятой Богородицы, построенный в конце XIV века. Как большевики его не взорвали, оставив на заводской территории, одному Богу известно. Вот в этот-то собор Лобов и водил Ракитина перед выходом на задание «якорь забрасывать».
Вера вновь зевнула. Почти четыре утра — самое тяжелое время. Отдежурив вчерашнюю ночь, она, сжалившись над Романом Михайловичем, предложила сегодня подменить его на пару часов. Он обрадовался: «Ой, спасибо, Верочка», — и тут же завалился спать. И дрыхнет до сих пор без всяких зазрений совести. Ну не будить же его. Ох и эксплуатируют же мужики русских баб, пользуясь их безотказностью и природным человеколюбием.
