Не знаю, почувствовала Элерис мое настроение или она действительно хотела понять, что происходит. Но ее платье прошелестело, когда она вышла вперед и мило улыбнулась:
— Вы позволите перекинуться парой слов с братом?
Верховный Жрец подхватил леди Ашайю под руку и прошел с ней дальше по коридору. Нэрису ничего не оставалось как последовать за ними. А Элерис отошла вместе со мной к окну, из которого можно увидеть внутренний двор и еще продолжавшуюся тренировку.
— Киран, что случилось?
Она имела в виду вовсе не внука леди Ашайи. Она о другом. А я только смотрел на тренировочную площадку, где сейчас, поднимая пыль и грязь, гвардейцы отрабатывали очередной хитрый прием. Седрик Сонд ходил между взмыленных тел, указывая на ошибки.
— Киран.
— Я чуть человека не убил. Там, на тренировке.
— Что?
— Не знаю, что на меня нашло…
Я без труда уловил образ из головы Элерис: влажный лес, полный мелких красных цветов. Они все еще казались мне прекрасными, но теперь напоминали капли крови.
— Возможно, — отозвался я, — возможно, Дар может многое. Но мой стремится убивать.
— Не только.
— О, Эли, мы ничего об этом не знаем. Мятежные короли-колдуны надежно уничтожили все сведенья о Даре. И пока он был мал, никому и не нужно большее. Но может… может, темные рыцари потому и назывались темными, что ничего, кроме бездны, у них внутри и нет?
Я ощущал ее желание, но сейчас, на виду у всех, Элерис не могла меня обнять. Только тихонько коснуться кончиками пальцев локтя, и через тонкую ткань рубашки я мог ощутить успокаивающую прохладу. А вторую ладонь сестра положила на мою руку, лежавшую на окне. Положила поверх разводов чужой крови и сбитых костяшек.
— Ты сможешь это контролировать.
Она прошелестела платьем, догоняя леди Ашайю и ее внука. Прикосновение — это уже гораздо больше, чем ей стоило себе позволять.
Я стоял еще некоторое время, наблюдая за тренировкой внизу. За четкими выпадами и уверенным, спокойным Седриком Сондом. Когда-то отец говорил, что стоит ровняться на него. И я пытался.
Я — оружие. Оружие не испытывает эмоций. Я — всего лишь верный клинок короны.
Когда наконец-то оставил окно и двинулся к себе в комнату, со мной поравнялся Верховный жрец Таланис Рен.
— Леди Мевран вас отпустила?
Он позволил себе намек на улыбку.
— Она очень уверенная женщина. Но мы не договорили.
— А вы не любите откладывать дела.
— Никогда.
Мы прошли длинный коридор молча, пока мимо проходили чьи-то фрейлины, так быстро, что за ними развевались ленты с их платьев и волос.
— Моя предшественница закончила весьма прискорбно, — сказал Таланис Рен.
Я вспомнил смутные катакомбы под Храмом и тело жрицы, внутри которой остались только кости и месиво. Невольно вздрогнул.
— Да.
— Я рад, что ни вы, ни ее величество не пострадали.
— Магические щиты Храма проверены и восстановлены. Вам не о чем беспокоиться.
— Знаю. — Он помолчал. — Как вы понимаете, я многое знаю.
Мы шагали, пока мимо прошли двое стражников.
— Та схватка у Канлакара… вы должны помнить, лорд Киран. Парня, которого ранило, и он едва не остался умирать на территории Канлакара. Вы его вытащили. Доставили к лекарям. Он выжил.
— Любой сделал бы тоже.
— Мне плевать на любого. Там были вы, и вы помогли. Я такого не забываю.
Жрец остановился перед дверями моей комнаты. И спокойно сказал, прежде чем уйти:
— Его звали Амрис Рен. Это мой сын.
Я благословил богов за воду — и слуг за то, что они ее принесли. Но переодеваясь, не мог не думать о разговоре с Верховным Жрецом. Он не знал, но благодарить нужно не меня, а Седрика Сонда. Он всегда учил нас убивать десятком разных способов и не чувствовать сострадания к врагам. Если в бою они против нас — значит, нужно убить их первыми.
Но никогда — никогда! — не бросать своих.
Застегнув многочисленные крючки мундира, я отловил в коридоре одного из мальчишек-слуг, которых посылали с разными поручениями.
— Знаешь, где покои леди Мар-Шайал?
Он важно кивнул.
— Тогда беги к ней и скажи, что пора отправляться на прогулку.
Но прежде чем Таль Мар-Шайал будет готова, я успею зайти к Алавару. Он обещал посмотреть письма мага-предателя, вдруг нашел что-то кроме того, что можно увидеть обычным глазом.
Тренировка во дворе уже закончилась, замок по-прежнему гудел, наполненный приехавшими Домами и их людьми. Я почти скучал по былому спокойствию, но смутно понимал, что вряд ли оно вновь наступит скоро.
Жаль, Дар никак не предполагает предвиденья. По крайней мере, о таком не слышал даже в легендах.
Но в то же время чем ближе я подходил к комнатам Алавара Вейна, тем отчетливее ощущал: что-то не так. Категорически не так. Хотя ничего странного в том, что Алавар не явился ко мне сам с утра пораньше: он вполне мог всю ночь провести за письмами. Или засидеться и попросту еще не проснулся.
Последние коридоры я преодолевал так быстро, как только мог, чтобы это не казалось бегом. Но на мой стук никто не отвечал.
— Да чтоб тебя, Алавар!
Дверь оказалась заперта, но я не зря достаточно тренировался — а замковые двери делали надежными только в королевских покоях.
