Вообще желательно разузнать о том, кто ещё из профессионалов занимается этой семьёй, ещё до первого сеанса, но в реальности бывает, что об этом узнаёшь намного позже. Мне вспоминается одна семья, где родители никак не могли отправить своего сына работать. К пятому сеансу психотерапевт обратил внимание на то, что в семье никто ничего не делает для достижения поставленной цели, и поинтересовался у матери, почему, с её точки зрения, отец не может добиться того, чтобы сын выполнял запланированные действия по поиску работы. Однако мать сказала, что отец не может этого делать из-за того, что сам является психически больным человеком. Оказалось, что несколько лет назад у отца развилась депрессия, по поводу которой он длительно занимался так называемой поддерживающей психотерапией, встречаясь со своим терапевтом 1 раз в месяц, и принимал психофармакотерапию Этого, с точки зрения матери, было достаточно для того, чтобы считать отца неспособным к воспитанию сына человеком. Кстати, с точки зрения психиатра, занимавшегося поддерживающей психотерапией с отцом, их сотрудничество было весьма продуктивным; психиатр, в частности, подталкивал отца зарабатывать какие-то средства в том числе для того, чтобы оплачивать его услуги, но, с точки зрения других членов семьи, приём лекарств и занятие личной терапией квалифицировали отца как слабого, и ни к чему не годного человека. В этом случае лучше всего было бы заранее узнать об этом, пойти поговорить с лечащим врачом отца и уговорить его объявить ему, что он отныне достаточно здоровый человек для того, чтобы встать с супругой во главе семьи, нормализовав тем самым иерархические отношения в семье, и добиться того, чтобы сын начал регулярно отправляться на поиски работы.
Иногда человек, способный нарушить семейную иерархию, не является ни родственником, ни специалистом в области душевного здоровья. Это может быть близкий друг, любовник или любовница. Бывают и сочетания этих ипостасей – я вспоминаю одну семью, где их семейный врач был лучшим другом жены. Он настаивал на том, чтобы навещать психически больного сына ежедневно и назначать ему лекарства, не интересуясь при этом мнением психотерапевта. Когда семья обратилась к психотерапевту, о семейном враче никто ничего не сказал. В итоге, когда оказалось, что семейный врач по-прежнему будет без согласования с психотерапевтом назначать сыну лекарства и отказывается приходить на сеансы семейной терапии, последняя была прекращена из-за её бесперспективности.
Задачи первого этапа работы.
